Но сейчас самое отвратительное было в том, что весь клан еще и поддержит ее муженька. Ведь пока они не разведены, Хайдаров в своем праве. И будет еще орать, что она же ушла из семьи, оскорбила мужа, а раз так, он может предпринять определенные действия, чтобы вернуть жену. Лицемерные твари! Мама не раз предупреждала ее, что с Хайдаровыми нужно быть осторожной, а она все отмахивалась. Зря!
Но вываливать на весь свет, что у ее мужа любовница, тоже нельзя, ей будут сочувствовать в глаза, а за спиной смеяться. Смеяться над ней?! Алина ходила по комнате, сжимая кулаки.
Потом заставила себя сосредоточиться на важном. Снова уселась на диван, открыла приложение и подала заявление на развод через госуслуги. Руки дрожали, но она справилась.
А после сидела, прижав кулак к губам.
Несколько минут, чтобы успокоить дыхание.
Какая она идиотка. Почему никогда не занималась делами? Той частью бизнеса, что перешла ей после развода с Батуровым, управлял Хайдаров. Драгоценности тоже остались в сейфе на их семейной квартире… Вот сейчас точно хотелось взвыть.
Ей нужен адвокат.
И деньги, которые никогда прежде не были проблемой, дочь Алишера Шамаева их попросту не считала. Но все бывает впервые, да? Она мрачно усмехнулась и снова открыла банковское приложение.
Эту карту когда-то завел на ее имя отец, на нее шли проценты с вклада, куда перечислялись алименты дочери. Ей на мелкие расходы для Алсу, чтобы девочка ни в чем от Хайдарова не зависела.
Сейчас денег на карте было немного. Всего около двухсот тысяч. Ну что ж, если сильно ужаться, на месяц хватит.
Алина прищурилась, глядя в пространство.
Хочет отец, чтобы она вышла на работу секретаршей? Она выйдет.
***
Смысла больше не было сидеть здесь, Алина ушла в спальню.
В комнате было темно, она не стала зажигать свет. Замерла посередине и шумно выдохнула. Время — начало второго. Завтра у нее будет землистый цвет лица и круги под глазами. В таком виде в офисе появляться нельзя.
С этой мыслью она улеглась спать.
Но ведь не заснешь так быстро. Нервы... Алина смотрела в темный потолок, брови хмурились. Обида никуда не делать, бродила в крови и подтравливала ядом. Ей уже тридцать, а она еще ни дня не
Она была наследницей Алишера Шамаева. Ее с детства баловали и воспитывали как принцессу. Любой каприз исполнялся. Любой жест, дурацкое стихотворение, корявый детский танец, — и тут же толпа родственников кидалась восхищаться и зализывать задницу. Все было идеально, от нее требовалось только одно — оправдывать ожидания.
Куда эта идеальность делась, стоило ей выйти замуж в первый раз? Во второй раз, после той грязи, в которой ее вывалял ублюдок Хайдаров, она слетела окончательно. Вот, кстати. Хотелось бы знать, что этот урод успел провернуть, провернуть, пока она рефлексировала на эмоциях. Но ничего, узнает завтра. И завтра же найдет адвоката.
Она потерла лоб.
А состояние — как будто треснула внутри хитиновая капсула, выпуская наружу ее настоящую. Неожиданно пришедшее в голову сравнение с бабочкой казалось ей пошлым и глупым. Но да. Алина мрачно усмехнулась про себя. Все еще увидят, какая из нее вылупится бабочка!
Это хорошо, когда нет рамок, и ты можешь не оглядываться на пресловутое «что люди скажут».
Заснуть все-таки удалось.
А утром она первым делом позвонила одной из своих бывших однокурсниц. Та тоже была замужем и имела салон красоты. Обычно Алина посещала другой салон, более соответствующий ее положению. Но сейчас она не хотела ничего
К тому же этот салон был ближе всего. Поэтому, как только та ответила, Алина спросила сразу:
— Света, сегодня с утра сможешь меня принять?
Та была приятно удивлена.
— Что ты?! Конечно! Подходи в любой момент, если нужно, я специально под тебя мастера вызову.
— Хорошо, — сказала она. — Сейчас подъеду.
Быстро перехватила йогурт и выехала.
Спустя двадцать минут она уже сидела в кресле у стилиста.
— Что будем делать? — осведомился мастер, молодой мужчина с невероятной челкой.
Алина оглядела себя в зеркало и сказала:
