Я пихнула Ольгу и попыталась взглядом показать, чтобы та снимала уже свое проклятие. Слишком уж непредсказуемым оно получилось. Та вернула мне не менее выразительный взгляд и развела руками, мол, ничего не могу поделать, что получилось, то получилось. А поскольку ее проклятие не относилось ни к разряду смертельных, ни просто скрытых, то я тоже ничего не могла сделать. Это могли обычные сильные ведьмы, а я к таким не относилась.
— А давайте вернемся к соуснику! — настойчиво потребовала Анютка, которую рыбобрюх не интересовал, зато стало интересно, чего ж такого еще мог прятать этот невзрачный Ихтиандр. — Я за обыск!
— Не имеете права! — пискнул земноводный. — Это произвол!
— Еще какой, — согласилась Анютка. — Но вот по его адресу все же стоит наведаться. Я девчонкам верю!
— Проверим, — сухо пообещал лейтенант, поднимаясь с пола. — Ольга Георгиевна, что вы еще увидели там?
Оля задумалась, присела около решетки и закатила глаза. Ну вылитая пифия!
— Два изумруда в жестянке из-под кофе, жемчужное ожерелье в подушке, приблизительно семнадцатый век, жемчуг в плохом состоянии, кстати. Ага, ваза эпохи Мин, закатанная в уродливую черную кошку. Ну, найдете керамическую кошку, разобьете, а там ваза. Похоже, Маринка права, мелкий контрабандист.
— Про вазу неправда, — гордо произнес Геннадий Иванович. — Я нашел эту кошку на помойке и взял домой чисто из любви к черным кошкам!
— Проверим, — все так же отрапортовал полицейский. — А еще что?
— Если еще что-то есть, то сплошной новодел. Я лишь старинные вещи ощущаю.
— Девушка, а давайте работать вместе! — вдруг загорелся ее проклятик — У вас потрясающее чутье!
— Но-но! — одернул его представитель власти. — Девушка уже работает с нами! Андрюха, смотайся по этому адресу, проверь, что там есть, — крикнул он еще одному такому же молодому парнишке-полицейскому. — Геннадий Иванович, пусть вы и земноводное, — лейтенант покосился на уже закрывшиеся жабры мужчины, — это не повод воровать антиквариат и продавать иностранцам!
— Каким иностранцам? — не понял тот.
— Вы только что сказали, что встречались с иностранцем Рыбобрюхом. Я так понимаю, что это его кличка, а имя у него явно другое.
— Это его сущность! Я земноводный человек, а он рыбобрюх из Венеции. Правда, уже получается, что иммигрант. Но я ему ничего не продавал. Ему и так неплохо в этих водах. И вообще, насколько я понял, нас задержали всего лишь за хулиганство.
— Это касается девушек. Посидят немного для профилактики, и отпустим. А вот с вами другая статья…
— А вас не заинтересовало, почему они знают, где у меня что лежит? — наступал господин Лежнев. При этом он задел Анютку и тут же в придачу к жабрам получил недельный отворот от рыбы. Анька знала, как мстить. Земноводное, которое тошнит от рыбы… Так ему!
— Девушки ведьмы, — не внял его аргументу оппонент. — У меня жена такая же. Все про всех знает. Эти просто более способные, спаси господи от таких!
— А вот и тот, кто нас спасет! — раздался бодрый голос, и в отделение ввалился круглый такой мужичок, который вел в наручниках… Арсюшу. — Смотри, какой улов!
— Это кто? — немного опешил наш лейтенант, взирая на нашего ангела, который был в когда-то белых, а теперь непонятно какого цвета брюках, в порвавшейся футболке и с торчащими во все стороны волосами.
— Вынули из канализационного колодца. Сидел там и просил о помощи. Когда вытащили и спросили, что он там делал, ответил, что он святой и искал там прабабушку Татьяну. Пришлось везти сюда. Как думаешь, «дурку» сразу вызывать или сначала личность установим?
Арсюша был настолько подавлен, что даже никак не прореагировал, когда его закинули к нам в «обезьянник». Мы с сочувствием смотрели на нашего недобитка, но он же сам полез в этот колодец, не посоветовавшись ни со мной, которая умела видеть скрытое и чувствовать энергетику неживой материи, ни с Анюткой, которая стала неплохо ориентироваться в энергетических контурах и потоках. Вот теперь пусть и получает за самостоятельность. Арсюша, видимо, тоже чувствовал себя виноватым, потому что упорно делал вид, что нас не знает.
— Давай сначала личность его проверим, — устало вздохнул наш полицейский. — А то тут у меня сидят три ведьмы и одно земноводное.
— И я! — подал голос алкаш.
— И Сергеич, — покладисто согласился страж порядка.
— Сергеича сейчас жена заберет, ведьм тоже выкидывай, у меня самого три дочери такие, пусть гуляют, а что за земноводное?
— Я! — гордо заявил Геннадий Иванович и раскрыл жабры.
— Ох ты ж… — протянул полицейский, что привел Арсюшу. — Мужик, кто тебя так?
— Думаю, что Господь Бог! — гордо ответил тот.
— А не надо вот так сразу! — вступился за руководство Арсюша. — Это не доказано и весьма сомнительно!
— Так, господин, как вы утверждаете, святой, вы бы пока помолчали! — оборвал его приведший его полицейский. — Мы вашу личность еще не установили. Документики-то у вас имеются?
— Вот! — Арсюша гордо вытащил паспорт. Он был на редкость законопослушной личностью и документы носил с собой.
