У моих ног медленно раскручивался здоровенный рулон искусственного шелка, его конец исчезал в мраморном полу. Чудовище из принципа погавкала на него минут пять, пока ей не надоело, а затем отправилась исследовать просторы бальной комнаты. Обнюхав углы, она нашла себе уютное местечко и улеглась отдыхать.
Больше всего на свете я сейчас хотела бы составить ей компанию — не на полу, конечно, а в своей мягкой постели. Создание бальной залы вытянуло из меня все силы, и теперь я чувствовала себя как после пробежки в несколько миль. Будь у меня выбор, я бы вздремнула сразу же после ухода Арбитра, но времени до саммита оставалось в обрез. Джордж задумал начать его через 48 часов и поэтому, вместо сна, я стянула у Калдении баночку лимонада для поддержания бодрости, запрыгнула в машину и отправилась под дождем арендовать грузовик.
Потом я вела этот грузовик целых два часа до Остина, к самому крупному магазину тканей в штате. Там я купила огромный рулон искусственного шелка и еще один с хлопком. Это стоило мне трети моего денежного фонда на черный день. Потом я остановилась в ландшафтном центре и закупилась камнем. Мне помогли загрузить его, а когда я вернулась, то просто свалила его на заднем дворе, где отель быстро его поглотил.
Теперь я героически держалась на ногах, пока гостиница продолжала дюйм за дюймом поглощать шелк.
— Ну вот. Хоть какой-то прогресс.
Я повернулась к Калдении, стоящей в дверном проеме.
— Ваше Изящество.
Пожилая дама медленно прошла в комнату. Ее взгляд скользнул по мраморному полу, колоннам и парящему белому потолку с золотыми завитушками.
— По какому случаю?
— Мы принимаем дипломатический саммит.
Резко развернувшись, она полоснула меня взглядом.
— Дорогая, не дразни меня.
— Этот рулон искусственного шелка обошелся мне в шесть долларов за ярд, — пожаловалась я ей. — А после покупки еды, я и вовсе окажусь на мели.
Калдения моргнула.
— Кто в нем будет участвовать?
— Святая Анократия в лице Дома Крар, Сокрушительная Орда и Торговцы из Баха-чар. Они явятся сюда на арбитраж, и, вероятно, попытаются перебить друг друга, едва переступив порог.
Глаза Калдении распахнулись в изумлении.
— Ты, правда, так считаешь? Это просто восхитительно!
Как будто она могла считать иначе.
— Расскажи мне план.
Я вздохнула и указала на восточную стену. На ней, западной и южной стенах комнаты я сделала балконы. Каждый из них был расположен далеко от другого, слишком далеко для прыжков и слишком высоко, чтобы спрыгнуть без повреждений.
— Комнаты отрокаров будут там. Они возносят молитвы рассвету, поэтому им необходимо видеть утреннее солнце.
Я развернулась и указала на противоположную стену.
— Вампиры будут там. Их время молитв начинается после заката, так что они на западе.-
Затем я повернулась к северной стене. — Торговцы остановятся там. Они лесные создания, предпочитающие тенистые комнаты и приглушенный свет. У всех будут свои отдельные лестницы. Войти в чужие покои будет невозможно. Гостиница этого не позволит.
Я показала на юг, где длинные окна разделяли стену на секции.
— А здесь я планирую поставить стол для проведения переговоров.
— Отличное расположение, — похвалила Калдения, — но почему именно розовый мрамор? — Она указала на потолок. — Розовый мрамор, белый потолок, золотистые оттенки… При электрическом освещении все погрузится в отвратительный оранжевый свет.
— У меня был всего один шанс произвести впечатление на Арбитра. Пришлось импровизировать.
Калдения вскинула бровь.
— Я видела этот зал однажды в кино, — пояснила я. — Было легко его представить.
— Это был фильм для взрослых?
— Там был говорящий подсвечник, который дружил со сварливыми часами.
— Понятно. Как насчет бального зала в гостинице твоих родителей?
Я покачала головой. Я досконально помнила каждую деталь, но когда думала о воссоздании зала, мое сердце болезненно сжималось. Я вздохнула.
— Я могу сделать его абсолютно белым, если вам так покажется лучше.
Калдения сощурила глаза.
— Значит, цвет может быть другим?
— Конечно.
— В таком случае, никакого белого. Белый — самый безопасный выбор. Кроме того, если мне не изменяет память, Дом Крар строит свои замки из серого камня, а ты ведь не хочешь отдавать кому-то предпочтение.
— Отрокары любят сочные цвета и богатое убранство, — сказала я. — Обычно они предпочитают красный и зеленый.
— Так что надо найти баланс между этими двумя. Голубой — успокаивающий цвет, который большинство видов считают приемлемым для размышлений. Почему бы не использовать бирюзовый оттенок?
Я сконцентрировалась. Мраморные колонны послушно изменили оттенок,
— Чуть серее, чуть темнее, еще немного… Теперь можно сделать прожилки чуть более светлого оттенка? И окаймить золотым… Идеально.
Вынуждена признать, колонны и правда, выглядели безупречно.
