РЕДАКЦИИ ГЕОГРАФИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Редакционная коллегия:
С. А. АБРАМОВ, М. Э. АДЖИЕВ, В. И. БАРДИН,
М. Б. ГОРНУНГ, B. И. ГУЛЯЕВ, A. И. КАЗАНЦЕВ,
Б. С. ЕВГЕНЬЕВ, C. И. ЛАРИН (составитель),
B. Л. ЛЕБЕДЕВ, B. И. ПАЛЬМАН,
Н. Н. ПРОНИН (ответственный секретарь),
C. М. УСПЕНСКИЙ
Оформление художника В. В. СУРИКОВА
© Издательство «Мысль». 1979
Шустрый ручей с подходящим для него названием Суйда — возможно, от слова «суетиться», — зародившись в порослевых болотцах близ селения Никольского, бежит-играет в каменном русле, огибает каждый бугорок и тянет, тянет за собой черно-зеленый серпантин из ольховника, разделяя соседние, распаханные всюду ноля, которые от соседства этого только выигрывают: такие расчудесные в окаёмке лесной зелени, такие свежие от близости воды!
Пробежав километров тридцать-сорок, Суйда становится рекой, находит среднюю сестру свою — реку Оредеж и с веселым перезвоном по камням мелководного устья вливается в нее, такую же тем но до иную, как и сама — уроженка болот.
У Оредежа родственный характер: тоже говорливая и шустрая речка и тоже бежит в тени ольховника да елок, обету пивших се с обеих сторон на ширину прирусловой долинки. Путь Оредежа лежит точно на юг. Вблизи озера Вяльс река вбирает из топких берегов обильные грунтовые воды и, располнев, становится куда как степенной. Тут образует она тихие заводи, глубину которых глазом не просмотришь из-за темной, торфяного настоя, воды. Не спеша движется Оредеж встрсчь другой реке и, миновав Перечицы, впадает с востока в русло старшей своей сестры — большой Луги.
Луга в этих местах нетороплива, берега нскруты и болотисты. Путь у нее далекий, на триста с лишним километров, сперва на северо-запад, потом на север, все ближе, к морю и все полней водой. С Ижорской возвышенности, что по правому берегу, в Лугу то и дело вбегают ручьи и речки, среди которых Ящера. Лемовжа. Вруда с водой, вроде бы даже густой от пахучего елового настоя. С левой, низкой стороны рею питают близкие грунтовые воды.
За поселком Усть-Луга, пробив себе глубокое русло сквозь высокий Балтийский уступ, полноводная река с приличной степенностью входит в мелководный. покрытый водорослями Финский залив.
Три этих реки с востока, юга и запада почти полностью замыкают большой кусок земли, километров сто на сто. тогда как на севере его ограничивает морское побережье, вдоль которого, отступая где на два, а где и на двадцать километров, земля ленинградская круто подымается вверх, образуя долгий по протяженности — до самого Ладожского озера — так называемый Балтийский уступ, еще чаще именуемый датским словом «глинт».
В довольно высоких террасах его, обращенных к морю, среди глин и песков местами щерятся плитчатые известняки. В далекие-далекие времена их размыли и выставили на обозрение потомству высокие волны отступившего теперь моря.
Таким образом, три реки и морское побережье образуют границы довольно высокого места в низменном и озерном северо-западе — так называемую Ижорскую возвышенность с несколько отличной природой, особенными почвами, богатыми гумусом и потому плодородными. С лесистых Дудергофских холмов можно углядеть за пределами Ижоры бесконечную, во все стороны расстелившуюся равнину с болотами и озерами, с лесами и мелкими полями. Протянулась она от Ильменя на юге до Балтики на севере и от Эстонского прибрежья до Тихвинской и Вепсовской возвышенности — если с запада на восток. Но до тех высот от ижорской земли добрых триста километров.
Большая равнина эта зовется озерным северо-западом России. Наш древнейший отчий край, за него воевала еще новгородская вольница, а потом — куда успешней — войска царя Петра, которого история позже нарекла Великим.
