Ну про что я ещё вам не рассказал? Про то, что у слизеринцев уже давно другой декан вы, наверное, знаете. Жаль, конечно, что профессор Роули уволился, но жена и маленькие дети требуют внимания, – Гарри важно кивнул, подчёркивая справедливость своих слов. – Ну это ничего. Может он ещё вернётся, когда их с Иштар дети пойдут в школу. А Блейз очень любит своих братишек и много рассказывает им о нашем факультете. Наверняка они тоже станут слизеринцами. Ой, вы простите, что я так сумбурно рассказываю, вы же про школу, наверняка, и без меня всё знаете! Да, так вот… я просто хотел сказать, что у нас теперь большая и очень дружная семья! И мы все живём рядом! И тётя Петти, и Дадли очень любят волшебство и ужасно рады, что у нас столько маленьких волшебников! А все наши малыши мечтают поступить на Слизерин! Я обязательно расскажу им и о вас, и о том, как правильно поступать, чтобы желания исполнялись! И…
– Гарри! – звонкий девичий голос прервал поток слов. – Гарри, ты чего застрял на пороге?! Мне сказали, что ты меня искал.
– Да, Дафи. Я хотел пригласить тебя на выпускной бал. Ты пойдёшь со мною?
– Конечно, пойду! – девушка кокетливо улыбнулась.
– Значит договорились?
– Договорились. А теперь побежали. Драко приготовил в общей гостиной какой-то потрясающий сюрприз, и все ждут только тебя! – Дафна подхватила Поттера под руку и потянула в сторону подземелий.
Гарри задумчиво взглянул на статую, и поспешил следом за ней. Вообще-то, он ещё очень многое мог рассказать. И о своих приключениях, которых за годы учёбы оказалось немало. И о том, что в школе построили не только супер-бассейн, но и отличный спорткомплекс. И о том, что программу обучения изменили настолько, что теперь Хогвартс стал действительно одним из лучших учебных заведений мира. И о том, как, прежде чем сбежать из школы, негодуя на новые порядки, МакГонаггал пыталась занять директорское кресло, но вместо неё директором сделали профессора Стебль, а её заместителем стал Флитвик. И о том, что Хагрида, продержав для профилактики полгода в Азкабане, отпустили работать в питомник, где он нянчится с маленькими дракончиками. И о том, что профессор Милвертон, всё же создал свой магобол. До популярности квиддича ему, конечно, ещё далеко, но постоянно растущий интерес к игре обнадёживает. И о том, что близнецов Уизли в Мунго всё-таки вылечили и от последствий знакомства с зеркалом Еиналеж, и от любви к тупым приколам, и от желания тестировать изобретения на людях. Зато после окончания школы они серьёзно занялись разработкой своих товаров, сотрудничая с очень компетентными специалистами. И о том, что Невилл имеет все шансы стать самым молодым Мастером Гербологии за всё время существования этой науки. И конечно же, о том, что и сам Гарри, и все его друзья нашли себе занятие по душе и совершенно счастливы. Вообще, после того, как Дамблдор перестал вмешиваться в чужие жизни, счастливых людей среди английских магов сильно прибавилось.
Конечно же, Гарри мог обо всём этом рассказать, но точно не сейчас, когда его ждала такая чудесная девушка. Значит, расскажет после, как и обещал. А может, и не расскажет. Ведь зная бывшего директора, можно не сомневаться, что его подобные новости нисколечко не обрадуют…
Уже дойдя до лестницы Гарри обернулся и с улыбкой поглядел на разведённые руки, показывающие размер «мирового зла». С тех пор как Дамблдора не стало, самое большое зло, которое Гарри видел к своим восемнадцати годам, были те самые сны, которые год от года посещали его всё реже, и он был совершенно уверен, что так будет и впредь!
Главный холл Хогвартса был точно таким же, как и сотни лет назад: огромным, насквозь пропитанным ощущением старины и по-своему уютным. По нему всё так же без конца шныряли студенты, чинно шествовали учителя и гуляли сквозняки. В нём, как и прежде, бедокурил полтергейст Пивз, подстерегала нарушителей кошка нынешнего завхоза и молчаливо стояла статуя человека, когда-то мнившего себя величайшим магом современности. Да, к постоянному присутствию этого сомнительного украшения все привыкли очень быстро и теперь казалось, что оно было здесь всегда…
Альбус Дамблдор: бывший директор школы Хогвартс, бывший верховный чародей Визенгамота, бывший президент МКМ, бывший глава Ордена Феникса и бывший «величайший» волшебник, гневно взирал на три пары уставившихся на него глаз. И пусть сам он давно окаменел, но тем не менее видел их отлично: ярко-зелёные, серые и тёмно-карие, почти чёрные. Вывод был очевиден: в Хогвартс поступили очередные пра-пра-пра-правнуки Поттеров, Малфоев и Снейпов. А ведь в прошлом году школу пополнили Нотты и Роули, а в позапрошлом Гойлы, Дурсли и Забини. Интуиция подсказывала, что через год-два в команду добавятся Крэббы, Барнсы и Лонгботтомы. Своей интуиции Альбус привык доверять, и открывающиеся перспективы его не радовали. Нет, его конечно же доставали все студенты, но, кажется, только у этой компании стремление отравлять ему существование передавалось по наследству.