– С тобой ещё поручики Веселовский и Лесавецкий будут. Лесавецкий – он уже занимался этим, так что дорогу знает. А чтоб вы не сомневались, вот тебе мой приказ, – и с этими словами Миних вручил Кутлеру открытый лист.
Уже догадываясь, о чём речь, капитан взял бумагу и, прочитав собственноручно писаный фельдмаршалом текст:
– «Понеже из Швеции в Стамбул послан майор Синклер, который не под своим именем едет, то оного, ради высочайших Ея Величества интересов, потребно на обратном пути со всеми имеющимися письмами зело тайным способом перенять…» – понял, что сам Миних берёт его, Кутлера, под свою защиту.
Небольшой отряд пробирался по плохо наезженной дороге через буковый лес. Семь всадников, вытянувшись цепочкой, рысили, беспокойно оглядываясь по сторонам. По виду они, одетые в кунтуши с непременными саблями на боках, казались обычной группой загоновой шляхты, посланной паном по каким-то делам. Ехавший первым капитан Кутлер придержал коня и, дождавшись, пока следовавший за ним поручик Лесавецкий поравняется, спросил:
– Как считаешь, перехватить курьера тут можно?
– Зачем здесь? – удивился поручик. – Рядом поудобнее место есть.
И точно, всадники не проехали и версты, как впереди у дороги показалась корчма.
Заехав на её съезжий двор, капитан приказал поставить лошадей к коновязи и обиходить их, а сам в сопровождении обоих поручиков вошёл внутрь низкого грязноватого помещения, встретившего их застоявшимся жилым духом. У стены, над жарко пылающим очагом, висел булькающий варевом котёл, и идущие от него перемежающиеся огненные отсветы позволяли как-то разглядеть (в корчме было довольно темновато) пяток каких-то проезжих шляхтичей, сидевших по лавкам.
Корчмарь, хлопотавший возле очага, увидав новых гостей, тотчас поспешил к ним и, не дойдя пары шагов, согнулся в поклоне, почему-то глядя на Лесавецкого. Несколько удивлённый Кутлер сел за стол и, жестом пригласив поручиков устраиваться рядом, коротко бросил хозяину:
– Поесть неси.
Тот прямо-таки метнулся к очагу, а Кутлер, сразу догадавшись, откуда такая прыть, спросил Лесавецкого:
– Ты что, бывал здесь?
– Бывал, – подтвердил поручик и обратился к уже поспевшему вернуться хозяину: – Какой ни на есть путник не ожидается?
– Из маетка шляхтич надысь заезжал. – Корчмарь поставил на стол миску с только что приготовленным бигосом. – Говорил: там шляхту собрали, велено им в пути какого-то пана Гагберха оберегать.
Лесавецкий недовольно покачал головой и, дождавшись, пока корчмарь отойдёт, сказал:
– Паршиво дело, не вышло б как прошлый раз…
– А ему верить можно? – Кутлер кивнул в сторону вернувшегося к очагу хозяина.
– Можно, я ему хорошо заплатил, – заверил Лесавецкий.
– Тогда что делать будем? – забеспокоился капитан.
– Поглядим покамест… Ежели у нас тут не выгорит, в Лемберге будем ждать, – не очень уверенно ответил Лесавецкий и, наверняка проголодавшись за дорогу, первым потянулся к бигосу.
Опасения Кутлера оправдались. Когда по решению капитана в лесу недалеко от корчмы была устроена засада, оказалось, что дормез, в котором путешествовал майор Синклер (теперь – пан Гагберх), сопровождают до полусотни шляхтичей. Увидев на лесной дороге столь внушительный эскорт, Кутлер понял, что нападать бессмысленно, и только сопроводил своим маленьким отрядом шляхетскую кавалькаду до самой корчмы. Убедившись, что въехавший на съезжий двор дормез задержится там надолго, лично следивший за Синклером Кутлер вернулся в заросли, где его ждали остававшиеся на месте подельники, и спросил Лесавецкого:
– Считаешь, в Лемберге нам повезёт больше?
– Вероятно. – Лесавецкий немного помолчал и предположил: – Думаю, там они такой толпой ездить не будут.
– А для нас самих надёжное пристанище понеприметнее в городе найдётся? – уточнил Кутлер.
– Конечно, – заверил Лесавецкий и, считая дело решённым, тронул коня.
Во Львов Кутлер со своими людьми въехал через Галицкую браму[55] в веже Кравцив[56]. Беспрепятственно миновав открытые ворота высокой и низкой стен (стража не пускала только в малые выходы на междустенный вал), маленький отряд оказался на узкой городской улице. Куда направиться дальше, Кутлер не знал, но это было известно Лесавецкому, и они поехали так, что Княжая гора с полуразрушенным шведами Высоким замком всё время оставалась у них слева.
Поручик привёл всех на постоялый двор, где и было решено обосноваться. Кутлер предполагал дождаться Синклера здесь и дальше действовать по обстоятельствам, благо, как считал капитан, на путаных городских улочках курьер будет не особо насторожен. Однако расположившегося было отдыхать Кутлера заинтересовал шум, поднятый на дворе, и он послал поручика Веселовского узнать, в чём дело. Поручик исчез надолго, и капитан начал уже подрёмывать, когда прибежавший Веселовский, бесцеремонно растолкав Кутлера, обеспокоенно сообщил:
– Там шляхтичи, что с Синклером были, приехали!
– Хорошо, – обрадованно кивнул Кутлер. – А сам Синклер где?
– Так нет его. – Поручик наконец-то высказал суть. – Шляхтичи говорят, курьер решил в город не заезжать и оттого, что больно спешит, прямиком поехал.
