Сегодня, перед своим отъездом, он собирался выпить пару бокалов вина и развлечься с привлекательной девушкой на рецепции гостиницы. Которая третий день строила глазки поджарому мужчине, каждый день уезжавшему на полицейском паромобиле с личным водителем. Этот факт, как и посещение гостиницы заместителем шефа городской полиции, что вытянулся перед постояльцем во фрунт, разожгли её интерес. А трое суток почти полного игнорирования, несмотря на многочисленные попытки флирта — достаточный период времени, чтобы она раздвинула ноги без лишних разговоров. Власть соблазняет женщин ничуть не хуже денег. А если играть по своим правилам, то можно раскладывать их на постели без лишних усилий.
План был идеален. Что может быть лучше небольшого развлечения перед возвращением в столицу? Там впечатлить девушку вдвое моложе себя будет куда сложнее. Это в Рэнхе майор из центрального департамента, большая шишка. А вот в Схердасе — среднее звено.
Он уже начал претворять свои намерения в жизнь, когда на пороге объявился дюжий лейтенант с приказом столичного руководства. Оказать помощь местной полиции в расследовании преступления. Возглавить процесс и разобраться с вопросом максимально быстро.
Сейчас, стоя на первом этаже гостиницы и разглядывая трупы, детектив размышлял над тем, хорошо это или плохо. Та девчонка из отеля и правда оказалась согласна на всё. Он мог поставить сотню ларов, что будет ждать его в холле гостиницы, даже если её смена уже закончится. Следствие же точно займёт какое-то время, что означает возможность развлечься далеко не однократно. А там, как знать, может утянуть её с собой в столицу. И если выдержит его график работы, через год-другой сделать предложение.
Встряхнув головой, выходит в холл и достав сигарету, зажигает спичку, подкуривая. Глянув на старшего детектива из управления Рэнха, мрачно курящего в стороне, интересуется.
— Есть какие-то мысли? Что тут по-вашему произошло?
Хмурый полицейский недовольно вздыхает, делая вид, что просто выпускает дым. Тот факт, что вместо него следствием будет руководить «золотой», однозначно раздражает. Демонстрировать это в открытую городской сыскарь не может, но всеми силами даёт прочувствовать его моральный настрой.
— Похоже они тут с кем-то встречались. Что-то пошло не так, началась стрельба. И «варрисы» проиграли.
Конзир задумчиво цокает языком. Потом кивает в сторону проёма, ведущего в комнату, где находилось большинство трупов.
— Давайте осмотримся. В общих чертах, вы конечно правы. Но мне хотелось бы прояснить некоторые детали.
Зайдя внутрь, следователь останавливается и проходится взглядом вокруг.
— Вас ничего не смущает?
Местный полицейский угрюмо скребёт пальцами подбородок.
— Ну, трупов бойцов второй стороны тут нет. Это и так понятно. Может с собой унесли, а может «варрисы» никого и не убили.
Чуть помолчав, добавляет.
— Пуль выпущено как-то мало. И странная жидкость на полу. Её уже забрали в лабораторию — алхимики попробуют разобраться, что это за гхаргово дерьмо.
Немного выждав и убедившись, что детектив не собирается продолжать, майор показывает рукой на один из трупов, у которого отсутствует почти половина грудной клетки.
— «Варрис» пятой ступени. Такие не обходятся без личного оружия. Более того — они никогда с ним не расстаются. Это такой же знак отличия, как пять полос на шее. Скажите, вы видите здесь что-то похожее не личное оружие бойца прошедшего всю боевую школу клана?
С интересом хмыкнувший полицейский внимательно оглядывает комнату и его брови ползут вверх.
— Они что… Забрали его с собой? Это же…
Запнувшись, уходит в размышления, а столичный майор усмехается.
— Вот именно. Забрать такое оружие после убийства владельца — это пощёчина всему клану. Не менее сильная, чем убийство одного из старейшин. Пожалуй, даже куда хуже. Смерть старейшины можно как-то оправдать, придумав увлекательную историю. Вторая сторона уже мертва и не сможет ничего опровергнуть. А вот исчезнувший клинок, это неоспоримый факт. Тут уже не придумаешь красивую легенду, как ни старайся.
Глянув на местного детектива, задаёт вопрос.
— А теперь скажите, есть у вас группировка, что согласна схлестнуться с «варрисами» в тотальной войне на уничтожение?
Его собеседник машинально качает головой.
— Надо быть полностью спятившим гхаргом, чтобы на такое пойти. Они же не простят. Если только нападавшие сами убьют всех, на кого укажут «варрисы». Но…
Снова не закончив фразу, замолкает и столичный следователь кивает.
— Видите, вы уже начинаете понимать. В городе нет настолько отмороженной группиоровки. Я бы сказал, что такой не найти и во всей центральной империи. Какой из этого можно сделать вывод?
Рэнховский детектив, которому недавно тоже присвоили майора, становится ещё более мрачным.
— Что это была какая-то мелкая банда. Которая настолько поверила в себя, что покрошила группу «варрисов», не понимая, кому бросает вызов.
Прищурившийся Тарс позволяет себе улыбнуться уголками губ. Почти незаметно, но местный коллега подмечает, сразу же яростно фыркнув.
