Это странно — идти посреди чёртового апокалипсиса с широкой счастливой улыбкой. Это странно —отлынивать от работы, благодаря плодам которой вы все до сих пор живы. Это странно —одновременно верить и не надеяться уже ни на что. Это странно — любить. Но это просто она.
========== Глава 1 ==========
Майя тяжело вздохнула, стёрла крупные капельки пота со лба и продолжила неохотно полоть рыхлую сухую землю.
В Глэйде стояла адская жара, а работа на плантациях, к сожалению, подразумевала находится под палящим солнцем весь чёртов день. Блондинка порой жалела, что не согласилась на должность помощника повара Фрайпана — готовить она не умела, во всяком случае, совершенно не помнила в себе таких качеств, но хотя бы не парилась целыми днями на грядках.
Хотя, если бы она спалила кухню в попытках сварить суп, её, наверное, в любом случае отправили бы на плантации.
Два месяца назад перепуганную блондинку с глазами голубее ясного неба достали из Лифта. Первую девчонку за все три года нахождения здесь подростков разных возрастов. Девушка не помнила совершенно ничего, даже собственного имени, толпа грязных парней её изрядно напугала, из-за чего она с дикими воплями побежала к ближайшему дереву, залезла на него и отказывалась слезать до конца дня, зарядив одному глэйдеру башмаком по лбу в попытке добыть себе хоть минуту покоя и одиночества. Потом она вспомнила, что её зовут Майя и чуть успокоилась. К тому моменту все уже разошлись, она быстро слезла и пошла узнавать всё об этом месте.
Алби — старший во всём этом «летнем лагере» — рассказал ей всё: что никто из них ничего не помнит, что новеньких привозят на Лифте раз в месяц с некоторыми необходимыми вещами; что они не знают, кто и зачем поместил их сюда; что вокруг огромный Лабиринт, который каждый день изучают бегуны; что ворота на ночь закрываются, и если ты остался внутри, то это конец; что по Лабиринту ползают гриверы — ужасные чудовища, которых никто, кроме бегунов не видел, но все страшно боялись, потому что порой их жуткие вопли были слышны; и что самое главное здесь — не филонить и работать наравне со всеми. Чернокожий также пригрозил ей ночью без еды в Кутузке — так называемой тюрьме местных жителей — если она ещё раз заберётся куда-то не туда. В тот раз он сделал скидку на то, что Майя — новичок, тем более девушка.
После он познакомил её с некоторыми парнями и, даже без особых разбирательств, определил работать на плантациях, объяснив это тем, что там ей будет полегче. На следующий же день он передал её в руки Ньюта — чуть хромающего на одну ногу парнишки с пшеничного цвета волосами и глубокими карими глазами. Он Майе понравился как-то сразу. Насколько она сейчас могла вспомнить.
А вот работать ей не понравилось совсем.
Ещё хуже ей стало, когда она поняла, что так будет каждый день её чёртовой жизни до тех пор, пока они либо не найдут выход отсюда, либо не погибнут — от старости или от гривера.
Ньют терпеливо выслушал всё её нескончаемое нытьё, а вечером на так называемой «вечеринке в честь новичка» рассказал о некоторых деталях их жизни, о которых Алби почему-то решил умолчать. Фактически, Ньют стал первым другом Майи в этом месте и новой жизни вообще.
А через месяц после её появления Лифт привёз нового «заключённого», чему Майя была несказанно рада — наконец-то она избавилась от прозвищ вроде «Салага», «Чайник» и другого, что невероятно бесило. Хотя, ближе к концу месяца мало кто называл её так, потому что поняли, что блондинку лучше не злить. Новенький был чем-то похож на Ньюта — высокий и худенький с умными глазами, разве что они были не карие, а тёмно-синие. Тёмные волосы торчали в разные стороны, и один его вид вызвал у Майи доверие и спокойствие, даже какую-то материнскую нежность. Он очнулся, зашуганно огляделся, а стоило Галли — громадному и не особо приятному во всех смыслах парню — спрыгнуть к нему в Лифт, как новенький потерял сознание.
— Галли, ты пугаешь людей. — с усмешкой сказала Майя, глядя, как медаки достают парнишку и несут в Хомстед.
Уже на следующее утро Алби показывал ему где что. Синеглазый достаточно быстро вспомнил своё имя, но долгое время отказывался его называть.
Оказалось, что его зовут Фаркл, и как Майя не пыталась, она не смогла сдержать смех, когда услышала это. А вот у Ньюта получилось. Фаркл стал помощником медаков и ещё одним близким другом Майи.
Так они и жили — вроде бы дружно и радостно, у каждого своё дело, своё место, но всё же окружённые смертельной опасностью и стенами, не выпускающими их на волю. Иногда Майе казалось, что их специально отгораживают от чего-то ужасного там за стенами.
— О чём задумалась? — знакомый британский акцент вырвал блондинку из мыслей.
— Да так. — она тряхнула головой. — О всяком.
Ньют чуть поджал губы и отвернулся, возвращаясь к работе. Майя продолжала сидеть на траве с тяпкой в руках, задумчиво оглядывая будничный Глэйд.
— На днях новенького привезут. — сказала она, прекрасно понимая, что Ньют и без неё это знает.
— Угу. — безучастно откликнулся тот.
Нагретая солнцем голова гудела, так что сил на дальнейшую работу просто не было, ровно как и желания. Девушка чуть поморщилась, поднимаясь на ноги.
— Я схожу к Фарклу, а то башка раскалывается, не могу больше.
