Когда красавчик выбрался на пляж, поднимая доску под мышку и зашагал уверенным шагом в сторону бунгало, Гермиона подняла взгляд выше, чтобы разглядеть его лицо. Парень, будто заметил её внимание и медленно зачесал пятерней длинную белую чёлку, открывая высокие скулы и прямой нос. Серые глаза стрельнули в неё острым взглядом и она замерла от удивления. Драко Малфой?! Она выдохнула. Он был последний, кого бы Гермиона хотела встретить в этом райском местечке.
========== Часть 1 ==========
— Гарри, Гарри! — Гермиона звала своего друга посмотреть на проплывающих дельфинов.
Тот лениво сдвинул соломенную шляпу с глаз и покосился в сторону лазурно-голубой воды. Семейство игривых дельфинов, сверкая мокрыми боками, весело плескалось неподалёку от пляжа.
— Да, просто супер! — вяло отозвался Гарри и вновь откинулся на спинку шезлонга. — Гермиона, ты вытащила меня ни свет ни заря, дай хоть тут урвать часок сна.
Гермиона закатила глаза:
— Ладно, спи! Пить надо меньше!
Ведьма хмыкнула и решила пока не трогать Гарри, отходившего от вчерашней грустной вечеринки в баре.
У неё и её лучшего друга, выдались не самые лучшие времена. И даже поездка в солнечную Бразилию не приносила им желанного успокоения и радости.
Путёвку на самый лучший бразильский курорт для волшебников выдали им, как героям войны, в честь окончания восьмого курса Школы Чародейства и Волшебства.
На четверых.
И они со своими любимыми рыжими половинками планировали хорошенько отдохнуть на океане, купаться до одури, веселиться, и оторваться наконец так, как и положено молодым волшебникам в их возрасте.
Но через месяц после получения путёвки Гарри расстался с Джинни по странной причине. Никто из них двоих так и не признался, что случилось. Просто однажды рыжая собралась и сбежала к родителям. А Гарри запил от тоски.
А еще через неделю Рон последовал за своей сестрой. То есть, если быть точнее, он в отличие от Джинни не ушёл, а выставил Гермиону из своей квартирки над магазином «Всевозможные вредилки», оправдываясь тем, что Грейнджер слишком хороша для него. Её вещи в тот же вечер переместились к Гарри на Гриммо двенадцать.
Через какое-то время Гермиона узнала, что Уизли сошёлся с продавщицей из своего же магазина, а Джинни уехала в Шотландию к тётке, потому что, оказывается, была беременна от своего тренера в квиддичной команде.
Гермиона не рассказывала Гарри о том, что случилось с младшей Уизли. Но как оказалось потом — он всё знал. И молчал, потому что дал слово.
Дал слово той, что предала.
В этом был весь Гарри.
На сердце скребли соплохвосты, но самая умная ведьма своего поколения и Героиня Войны не стала унывать. Гермиона поступила в Академию Магии и потянула за собой упирающегося и депрессивного друга. Их быстро приняли без экзаменов, всё-таки они были известными личностями, и перед ними открывались двери всех учебных заведений. И взялись за учёбу.
Точнее, взялась Гермиона, а Гарри ворчал, но учился, подгоняемый своей лучшей подругой. И в конце труднейшего учебного года, когда оба они, одинокие и грустные, сидели напротив друг друга в тёмной гостиной дома на Гриммо, Гарри вспомнил о путёвке. Хорошо, что она была с открытым числом.
Собрались за пять минут, вскрыли конверт и схватились за два из четырёх порт-ключей. И через миг уже сидели на горячем пляже под палящим солнцем Бразилии.
— И всё-таки тут очень хорошо! — проговорила Гермиона, вытягиваясь на соседнем шезлонге рядом с Гарри.
«Бухта Свободы» — закрытый курорт для лучших из лучших. Здесь отдыхали самые именитые волшебники, те, кто сделал что-то полезное или много трудился во благо Магического мира.
Курорт находился в небольшой открытой бухте, спрятанной в получашу из скал. И состоял из тридцати вместительных бунгало, в каждом из которых имелись большие холлы с окнами в пол и двумя спальнями и, самое главное, огромным джакузи на втором этаже с видом на океан.
Около каждого такого дома росли пальмы, упирающиеся в жаркое небо своими пышными макушками, и вечноцветущие кустарники. Гермиона наслаждалась красотой ярких экзотических цветов, белизной и мягкостью песка и синевой неба. Её безмятежное счастье нарушал только хмурый настрой погрязшего в депрессии друга.
Гарри, не глядя, взял со столика коктейль «Зелёные глаза», сильно отдающий абсентом, сделал хороший глоток и устало поддакнул:
— Да, хорошо. Только солнце слишком печёт…
Гермиона всплестнула руками:
— Боже, Гарри, ну хватит уже хандрить. Ты самый известный герой войны, девчата из Академии так и вешались на тебя, а ты… А вчера! — она вспомнила, как они напивались в баре отеля и, как дружно злились на тех, кто пытался брать у них автографы. — Вот вчера, та блондинка…
— Мэриника? — Гарри сверкнул мутным глазом из-за очков. — Она надоела мне уже тогда, когда попыталась заставить петь караоке!
— Ты же так мало знаешь её. Дай ей шанс раскрыться!
— Да чего ей раскрываться, она и так была предельно раскрыта! — буркнул Гарри и зашипел почти на парселтанге. — Слушай, хватит меня сводить со всеми подряд… Я не хочу никого… Сама бы огляделась и занялась своей личной жизнью!
Гермиона не обиделась, она покачала головой и выпила свежевыжатый апельсиновый сок из высокого бокала.
— Я не так уж и страдаю от одиночества. И вообще, помнишь наш вчерашний разговор? Если мы за год никого не встретим, то поженимся.
Гарри усмехнулся и задвинул шляпу на нос:
— Хорошая идея, только вот я не самый лучший партнёр. От меня все постоянно уходят… Умирают… Или сбегают…
