На все четыре... полностью

– Не хотелось бы... - пробормотал я подавленно. Перспектива встретиться с Грекой никак не прельщала. Нам действительно никак нильзя было уступать.

– А всё может быть. Я не знаю как с вами будет играть Шварц, но то, что ваша компания замечена, можешь не сомневаться. Вчерашний поединок тому явное подтверждение. Одну ошибку только совершили местные шпиёны. Они решили, что у вас главный - Арбуз. Потому-то именно его вчера и свели с лидером ваших конкурентов. Думали одним этим боем решить все проблемы. Но, ошиблись. Если без Бразы его альянс тут же распался, то ты, вон, с утра какую активность проявил. Не сомневайся, кому надо уже всё заметили и доложили. Так что я нисколько не удивлюсь, если уже сегодня вечером тебя выведут на ринг против Мосла, ну, или против Греки твоего. Очень может быть.

– И, что ты предлагаешь? Смириться? Играть по их правилам?

– Да, - серьёзно, без малейшей капли насмешки, посмотрел на меня толстяк. - Вы всё равно будете играть по его правилам. А, сопротивляясь - только увеличиваете собственные страдания.

– То есть, «расслабиться и получать удовольствие»? - во мне росло раздражение его непротивлением.

– Принять правила игры. Арена не для командной игры. Тут побеждают одиночки. И, если, ты сможешь понять и принять это - ты будешь иметь, хотя бы, крошечный шанс на победу. Если же ты будешь надеяться на того, кто стоит напротив тебя на ринге - ты проиграешь обязательно.

– А если не дожидаться боёв? Если всё провернуть прямо сегодня? Сейчас?

– Поздно... - чемпион смотрел куда-то в сторону. Приглядевшись, что он там увидел, я заметил Сиплого, о чём-то шепчущегося с Кержаком. - Вы уже спалились. Вам больше не дадут собраться вместе. Не знаю, что они придумают, но то, что объединиться у вас уже не получится, это точно. Они лопухнулись с определением лидера, но больше такой ошибки они не допустят.

Я резко развернулся и пошел в сторону Греки, толкующего с Корнеем. Такой пессимистичный прогноз меня совершенно не радовал. Но, увы. До него я даже и не добрался. Преградив мне дорогу откуда-то сбоку выскочил один из охранников.

– Шиша? На тренажеры! Вон, с напарником пойдешь.

В «напарники» мне предназначался обдолбанный Гера.

– Мы же с Грекой на тренажеры обычно ходим?- попытался я увильнуть.

– Ходил с Грекой, сейчас с Герой пойдешь. Какая разница-то? Давай, не задерживай, - в руках охранника появился шокер. Он сам явно нервничал. Но не это меня заставило подчиниться, а парочка крепкий бойцов внешней охраны, ненавязчиво подтянувшихся поближе. Если начать сейчас, ребята просто не поймут, что нужно подхватывать. Ничего, тренажеры это не так долго. Вернусь с них и поговорим с остальными.

«Наивный чукотский юноша!» На тренажерах нас промурыжили без малого три часа. Хотя до этого, больше чем на час не допускали. А тут сразу три. При том, что ни я, ни Гера не рвались особо-то на них заниматься. Я просто не мог ещё работать в полную силу. Хотя, по сравнению с позавчерашним днем, добавил изрядно. Плечо медленно подживало и какую-никакую нагрузку я уже отваживался выдавать. Но три часа... Это нереально. И полная бессмыслица.

А по возвращении, стоило мне ступить на арену, тут же угнали туда же на тренажеры Дона вместе с Корнеем и Фриком. И девчонок я почему-то не вижу. Ни Хиросимы, ни Скотининой, ни моей Совы, ни, даже, Мословских путан. Из всей нашей компании остался один Грека. К нему-то я и направился.

– Что происходит? Где девчонки?

– Да там Кержак, говорят, баню замутил. Говорит: «воняет уже от вас. Помыться надо». Девчонок первых погнали. Чтоб всё, как положено. Раздельное мытье. Потом мы пойдем, говорят. Тоже по трое-четверо.

– С чего это вдруг? То его это не волновало, а тут спохватился.

– Да хрен его знает! Может хорошего разгону от Шварца получил? Он появлялся тут, пока тебя не было.

– Не нравится мне это.

– Мне тоже. Что-то они мутят.

– Качан считает, что это они нам собираться всем вместе больше не дадут. Будут раздергивать постоянно. Типа, наши планы для них - открытый лист. Качан говорит: в каждом турнире такие мысли появляются... Но реализовать ещё не разу не получалось.

– А что? Очень даже может быть. С них станется.

– Ладно, что там с Корнеем? Он согласился?

– Да я так и не понял. Он какой-то невнятный весь. Вроде, и не против, как будто, но всё сомневается. "Как бы хуже не стало," - явно передразнивая Корнея, проговорил Грека.

– Куда уж хуже-то? — недовольно буркнул я.

– Так и я про то же! Чего ждать-то? Лучше уже не будет. Нет, сомневается он.

– Надо, наверное, мне попробовать с ним поговорить.

– Попробуй... - с сомнением в голосе согласился Грека. - Может у тебя получше получится... Кстати, что с Качаном? Он не согласился?

– Нет, - вынужден был признать уже я. - Категорически отказался. Не верит он в возможность восстания.

– Жаль. Парень-то вроде не такой говённый, как тот же Браза, или Курок с Куктаем. По крайней мере, какие-то понятия у него ещё есть.

– Какие-то есть. Но в групповую работу он не верит. Считает, что каждый должен быть только за себя.