На все четыре... полностью

В итоге мои усилия не прошли даром. Сима оттаяла. Расслабилась и, даже, улыбалась. Огорчало только, то, что Грека, вроде как, почувствовал себя «третьим лишним», хотя, сам я никаких таких мыслей в отношении девчонки не имел. Просто хотел не дать ей сорваться. Но Грека, видать, понял всё не так. К вечеру он стал сторониться нас. А может он тоже просчитывал в уме, варианты и, вариант, что нам возможно сегодня выходить друг против друга, его угнетал. Не знаю. Очень возможно.

Видели мы Дона, выползающего из своей каморки. Он опять был пьян, а надзиратели зорко следили, чтоб мы не помогли ему соскочить. Сволочи. Спаивают мальчишку. Ему ж всего 12! Грека попытался подойти к нему, но его опять завернули ещё на подходе. Суки.

Я сам не заметил, как наступил вечер. Вот нас уже разгоняют по своим каморкам. Появляются первые нетерпеливые зрители. Опять звучит "Колизей" группы Ария, своеобразный гимн этого заведения. Он каждый вечер звучит. Я уже наизусть его слова, наверное, выучил. Вот ведущий начинает накачивать публику. Вот Шварц запускает руку в стеклянный барабан, в котором осталось всего четыре шара. Вытаскивает первый, передает ведущему.

– Итак, первый участник сегодняшнего боя номер 12... Это Шиша!

Сердце замерло на мгновенье, и, тут же, пустилось в дикий галоп. Все-таки это свершилось. Мой выход!

Скрежетнул засов в двери моей каморки и я на деревянных ногах выхожу наружу. Подскочивший сбоку Додик подает мою пику. Приняв оружие я послушно иду в центр арены.

– Вторым участником сегодняшнего боя становится... Становится... Номер 3! Это Гера! - вопит ведущий восторженным голосом, словно он только что миллион в лотерею выиграл. - Итак, Шиша против Геры! Да пусть победит сильнейший!

Гера, это хорошо. Гера - это лучший вариант из возможных. Ни с Грекой, ни с Мослом мне встречаться жуть как не хотелось бы. А Гера - это нормально. Повезло. Только надо не забывать, что тут грязно играют и, вполне могут попытаться отвлечь меня. Нука... Пока этот обдолбыш получает свою шипованную дубинку (а Гера в последнее время постоянно под кайфом. Настоящего героина не найти, но август... Маки цветут. Что они там из головок делают, хрен его знает, но Гера все эти дни угашенный), я бегло осматриваю трибуны. Так и есть. Сова, скрытая до поры спиной Кержака, сидит в первом ряду. Заметил ее только в тот момент, когда начальник Колизея привставал, отдавая какое-то приказание своим помощникам. Тогда-то я и заметил.

Коротко ободряюще кивнув ей, я повернулся в сторону своего противника, постаравшись выкинуть её пока из головы. Не реагировать! Ни на что не реагировать за пределами арены. Есть только я и Гера.

Гера опять под кайфом. Мутные глаза с трудом фокусируются на мне. Ну, по крайней мере, на ногах стоит. А то, что обгашенный... Это, одновременно, и хорошо и плохо. Хорошо, потому что реакция у него в таком состоянии ни к черту. А плохо - потому, что и боли он тоже не почувствует. И там, где другой рухнет на землю, подвывая от боли, этот продолжит сражаться, даже не заметив раны. Вот и посмотрим что окажется важнее.

Зрелищного боя не получилось. Гера прямолинейно попер на меня, постаравшись отбить своей дубинкой выставленную мной ему навстречу пику в сторону. Но я отшагнул на полшага назад и вернул копье в прежнюю позицию, и, даже, больше. Резко выпрямив руки, я делаю резкий выпад в его сторону. И, попадаю! Сразу же. Он, даже, не пытался увернуться или взять защиту. Граненое, как старый штык, острие легко входит ему между ребер. Если широченное, как лопата, лезвие глефы у Хиросимы вчера распластало живот её противника напрочь, то моя пика даже крови почти не дала.

А Гера-то, похоже, даже и не понял, что он уже убит. Не чувствуя боли, он попытался дотянуться до меня, наваливаясь в мою сторону и буквально, насаживаясь на копье. Вот острие уже вышло из его спины, а всё тянется вперёд ко мне. Так, глядишь, он по древку и до меня доберется. С него станется: вон, его дубинка уже в считанных сантиметрах от моей руки, сжимающей копьё, просвистела. Нужно с ним что-то делать.

Что я ещё мог сделать в такой ситуации? Только навалиться на древко, в сторону, заваливая противника на землю. Это удалось без особого труда. Ноги у него и так уже начали заплетаться. А свалив, нужно было лишь удерживать его в горизонтальном положении, не давая подняться и дождаться, когда он, наконец, испустит дух. Благо, барахтается он уже совершенно неосмысленно и всё слабее и слабее. Через минуту, наконец, затихает.

Я выдергиваю копье из тела. Не то, чтоб я хотел покрасоваться, но мне элементарно нужно чем-то было занять руки, чтоб был не так заметен их тремор. Да и третья точка опоры не помешает тоже. Колени тоже подрагивали. Это был не страх. Какой уж тут страх, когда всё уже закончилось? Это просто переизбыток адреналина в организме.