Очень много внимания Рязанов уделял обучению летного состава. Еще в 1942 году, когда он командовал авиадивизией, я бывал у него в качестве представителя инспекции ВВС и хорошо помню, что даже тогда, в очень напряженной обстановке, перед тем как посылать или лично вести летчиков на боевое задание, генерал в обязательном порядке разыгрывал с ними это задание методом "пеший по-летному". Основательная подготовка к каждому полету на земле оставалась в 1-м штурмовом авиакорпусе незыблемым правилом и перед самым концом войны в 1945 году.
Другим штурмовым авиационным корпусом - 2-м гвардейским, как уже говорилось выше, командовал генерал-лейтенант авиации С. В. Слюсарев. Он выделялся среди других своей широкой эрудицией и разносторонней летной выучкой, всегда и со всеми бывал исключительно остроумен, и, может быть, именно поэтому совместная работа с ним казалась легкой и приятной. В конце тридцатых годов С. В. Слюсарев в качестве летчика-добровольца участвовал в борьбе китайского народа против японских захватчиков, неоднократно водил группы бомбардировщиков на остров Формоза, выполнял боевые задания и на всех других типах самолетов, в том числе на истребителе. Уже тогда ему было присвоено звание Героя Советского Союза.
Во главе 6-го гвардейского истребительного корпуса стоял генерал-лейтенант авиации А. В. Утин - тоже очень жизнерадостный человек и прекрасный командир. Вместе с ним мне довелось делить тяготы сталинградских боев, но и в ту пору он ни на миг не терял присутствия духа.
В состав этого корпуса входила 9-я гвардейская истребительная дивизия полковника А. И. Покрышкина. Она летала на американских истребителях "кобра". Надо было обладать покрышкинским упорством, чтобы научить весь летный состав грамотно эксплуатировать эту заморскую капризницу, базируясь на полевые аэродромы. Наши "лаги" были куда менее прихотливы. "Кобры" же моментально ломали переднюю стойку шасси при малейшей неровности грунта или загрязнении взлетно-посадочной полосы.
5-м истребительным авиационным корпусом командовал генерал-майор авиации М. Г. Мачин. Сам он летал одинаково хорошо не только на всех типах тогдашних истребителей, а и на бомбардировщиках. Из командиров же дивизий этого корпуса мне как-то больше других приходилось иметь дело с полковником М. П. Нога человеком, имевшим телосложение кузнеца и в то же время обладавшим ловкостью циркового акробата. Еще в 1939 году он был удостоен звания Героя Советского Союза за участие в боях на Халхин-Голе.
4-м бомбардировочным авиационным корпусом командовал мой давний знакомый генерал-майор авиации П. П. Архангельский. Мы вместе поступили в летное училище в 1933 году. Но потом судьба надолго разлучила нас: я воевал в Испании, он - в Китае, откуда вернулся с двумя орденами.
Можно только радоваться, что мне довелось нести боевую службу бок о бок с такими авиационными командирами. Я очень многому научился у них.
Относительно короткую оперативную паузу мы постарались максимально использовать для подготовки к новым боям. Тщательно проанализировали свою работу за последние два месяца, привели в порядок материальную часть и все время занимались дальнейшим совершенствованием боевого мастерства летного состава.
Неподалеку от нашего аэродрома находился немецкий авиасборочный завод. При отступлении противник не успел его уничтожить. На заводском аэродроме остались даже совершенно исправные "фокке-вульфы" последней модификации. Летать мы на них не собирались (наши Ла-7 были лучше), но применение им все же нашли: решили использовать для тренировки в прицеливании.
Расставили трофейные самолеты у себя на аэродроме, отмерив дистанцию в 200, 400 и 600 метров. Выделили людей для изменения их положения. И тренировки начались. Летчики садились в кабины своих боевых машин и под руководством опытных инструкторов брали "фокке-вульфы" на прицел в разных ракурсах. Истинным энтузиастом этого важного дела был капитан В. И. Меньшиков - мой помощник по воздушно-стрелковой службе. Старания его не пропали даром. Умело организованные тренировочные занятия на земле заметно повысили эффективность воздушных боев с новым типом вражеских истребителей.
Полезную службу сослужил авиасборочный завод и при восстановлении самолетного парка. Работ в этом отношении накопилось очень много. Истребители Ла-7 имели один довольно существенный конструктивный недостаток воздухозаборники на них были расположены в нижней части центроплана. В результате в цилиндры двигателя засасывалось много пыли, и он либо совсем выходил из строя, либо работал с пониженной тягой. В одних случаях требовалось заменять поршневые кольца, в других - весь блок цилиндров и, конечно, "прикатывать" моторы. Этим главным образом и занялся наш инженерно-технический состав.
