- Ну да, четверо. И мы должны прежде всего думать о том, как бы нам самим выжить. Это большая планета. По-моему, вы зря пытаетесь решить все проблемы, не сходя с этого места.
Райт прислонился к загородке из веток, где ему был хорошо виден луг, и расслабился. Миджок перебрался поближе к нему.
- Я думаю, у нас нет другого выхода, Пол. Если мы правильно начнем, то у нас будет шанс продолжать. Последствия ошибки, сделанной в самом начале, могут растянуться на тысячу лет... Почему, как ты считаешь, Миджок решил, что нам следует поклоняться? Что его убедило? Наши высокие достижения: шлюпка, оружие, спасение его от рептилии? Тот факт, что я не боюсь костей несчастного пигмея? Конечно, все это вместе взятое, но и кое-что еще. Эд сказал бы, что я опять погрузился в иллюзии - но я уверен, что Миджок сердцем чувствует то, что еще не в силах постигнуть рассудком. Сирс, вероятно, согласится со мной, ибо его собственное сердце больше Люцифера. Миджок не может осознать умом, почему я позвал пигмеев прийти сюда и забрать своих мертвых. Но в глубине души, в той части его существа, которая заставила его самого принести нам мох и заботиться о нас, он понимает мои поступки.
- Вы предлагаете, - сказала Дороти, - попытать удачи, полагаясь на любовь?
Райт был спокоен. Он ответил ей, осматривая луг:
- Когда человек полагается на что-либо другое, он всегда проигрывает. Разве не так? Вновь и вновь, на протяжении двадцати или тридцати тысяч лет. Создавал ли человек хоть что-то хорошее, если окружающие не помогали ему, не прощали его недостатки, не дарили ему свою дружу? Давным-давно известная истина. Все учителя человечества не уставали ее повторять. Лао-цзы, Будда... Или в такой форме, или, наоборот, в виде отрицания: "Кто с мечом придет..." И так далее. Добро - это не просто отсутствие зла, но самая действенная из человеческих сил. Орудиями добра служат милосердие, терпение, храбрость, старательность и самопознание. Каждое из этих качеств приносит успех только в сочетании с остальными, помните это. И это все, что мне известно из этики. Остальное - детали, решение насущных проблем по мере их возникновения. Даже на Земле добро в конце концов возобладало над злом... по крайней мере, так было, пока наши механические игрушки не вышли из повиновения. Потом настал век, когда человеческая жизнь была под вопросом. И тогда же существовала Коллективистская партия. Да, в качестве первейшего примера абсолютной противоположности моей философии можно привести именно Коллективистскую партию.
Райт снова разговаривал сам с собой. Негромко и монотонно он перечислял безрадостные стороны земной истории, и странно звучали его упреки здесь, на планете, удаленной почти на пять световых лет от места, где некогда происходили огорчающие профессора недоразумения.
- Коллективистская партия превратила слово "сотрудничество" в фетиш, в пустой лозунг - как меньше ста лет назад люди поступили со словом "демократия". Сотрудничество, но без терпения, без милосердия, без храбрости, и - всегда! - без самопознания.
Дороти продолжала разглядывать его снизу вверх серьезными, внимательными глазами.
- Эд как-то сказал мне, что его отец был пилотом в армии коллективистов во время гражданской войны.
- Я знаю. - Райт застенчиво улыбнулся ей, словно извиняясь. - Старые раны все еще кровоточат, это верно. Я стараюсь не излагать своих политических взглядов при Эде, если получается. Нет, конечно, Эда нельзя обвинить в том, что он продолжает войну, которая закончилась до его рождения. Но все же... Ага, они идут! Ведите себя спокойно.
Пол присоединился к Райту и лесному гиганту около барьера. Дороти на минутку задержалась около больных. Она пощупала пульс каждого, а к Энн нагнулась и прошептала ей что-то в самое ухо, хотя девушка не могла ее слышать.
- Кажется, лихорадка у них прошла, - сказала Дороти. - Все дышат нормально. Но до вечера вряд ли очнутся...
Пигмеи еще находились на некотором расстоянии от лагеря. Они пробирались вдоль края леса, и были прекрасно видны людям. Их было только трое: две женщины и лучник. Возможно, остальные двигались параллельно им в лесу. Возможно, этих остальных было человек сто. Райт прошептал:
- Есть у нас что-нибудь, из чего выйдет достойный подарок?
Миджок ворчал себе под нос. Он был напуган и несчастен. Дороти протянула Райту медальон.
- Помните, я вам показывала этот медальон, док? Мне подарила его сестра-хозяйка в сиротском приюте. Мне нравилось воображать, будто на портрете моя мать.
- Но, милая моя...
Дороти покачала головой.
