– Не может этого быть! – заявила Мадам тоном, не терпящим никаких возражений. – Мы десятилетиями тратили немалые средства на обучение населения стран Балтии английскому языку!
– Вот и я о том же, мэм. Тратили-то мы тратили, но язык они все равно знают откровенно через пень-колоду. Так вы что – намерены ехать вместе с нами в Эстонию?
– Конечно. А вы как думали?
– Виноват, мэм. Переодеваться в полевой камуфляж будете?
– А зачем? Да, капитан, я требую предоставить мне командно-штабную машину или грузовик, оснащенный всеми необходимыми средствами связи!
– Во-первых, мэм, связь все равно не работает. Никакая. Поскольку из-за границы ставят помехи. А во-вторых, в составе моей роты нет ни КШМ, ни грузовиков с КУНГами. Конечно, можно попросить латвийских военных, но им вся подобная техника была передана по программам военной помощи и имеет весьма почтенный возраст. Никто точно не знает, заведется она вообще или нет.
– И что вы мне в таком случае предлагаете?
– «Хамви» сержанта Вегнера в связном варианте, больше ничего предложить не могу. Не полезете же вы в танк в таком виде.
– Хорошо, «Хамви» меня вполне устроит, – ответила мадам, и ее взгляд стал каким-то особенно ненавидящим. Еще бы, видите ли ее внешний вид этому «сапогу» не понравился.
Кординатор, меланхолично подумал Спейд, сволочь ты, а не координатор.
– Кстати, а когда вы намерены выступать? – поинтересовалась Мадам.
– По готовности. Мои люди уже вывели технику из боксов и готовятся к маршу. Думаю, что в течение получаса выступим, как только заправим крайние машины.
– Хорошо, но поторопитесь.
– Простите, мэм, а вам что – известны какие-то подробности?
– Какие еще вам нужны подробности, капитан?
– Хотя бы данные о том, какими силами русские перешли границу Эстонии и как далеко продвинулись.
– Капитан, у вас же только что был подполковник Найзис. Он должен был объяснить вам все, что вам положено знать. Или он этого не сделал?
– Почему не сделал? Сделал.
– Тогда что еще вы хотите от меня, капитан? У вас есть соответствующий приказ, вот и извольте его выполнять!
– Есть, мэм! – ответил Спейд, понимая, что никаких подробностей он и сейчас не дождется. Скорее всего, по причине того, что начальство их просто не знает.
– Разговор окончен! – сказала Мадам, поднимаясь с кресла, и добавила: – Выступаем немедленно! Капитан, проводите меня к моей машине!
И простучала каблуками остроносых туфель в направлении выхода. Встречные солдаты и сержанты роты «А» при ее виде вставали навытяжку, но честь не отдавали, поскольку Мадам была в штатском и они еще не знали, кто она такая – рассмотреть висящую на ее лацкане карточку при скудном освещении в эти предутренние часы было сложно. Спейд шел следом за ней и проклинал свою тяжкую долю. Разумеется, сержант Вегнер и его напарница, капрал-связистка Мей Кванг, не сильно обрадовались приказу насчет размещения у себя лишнего пассажира, но возражать, естественно, не посмели, как-никак высокое начальство.
Тем не менее, несмотря ни на что и ни на кого, рота «А» выступила достаточно быстро и без особых неприятностей.
А когда спустя некоторое время в отдалении послышались взрывы, Спейд мстительно ухмыльнулся, провожая взглядом вырвавшийся в голову колонны песочно-желтый (эта машина была взята из резерва, и ее не успели перекрасить в «европейский» зеленый цвет) вегнеровский «Хамви» с полковником Клингман. Если это долбанули по только что покинутому ротой «А» расположению латвийской пехотной бригады, внедорожник, на котором приехала эта ужасная баба, явно накрылся медным тазом. Пустячок, а приятно. Автомобиль наверняка казенный, потом эта стерва, если что, замучается отписываться.
Однако по мере дальнейшего продвижения подразделения в сторону Эстонии на душе у капитана Спейда становилось все более муторно.
