На смену внезапно умершему Борису Годунову воцарился на троне Лжедмитрий I, поддержанный внешними силами. Спустя год в результате переворота власть захватил при поддержке своих сторонников родовитый боярин Василий Шуйский. Будучи слабым политиком, он не смог предотвратить гражданскую войну в стране и не раз его многочисленное и хорошо вооружённое войско терпело поражение от разношёрстной рати повстанцев по предводительством И. Болотникова. Победив восставших, он, В. Шуйский, не смог организовать борьбу против польской интервенции и нового самозванца Лжедмитрия II; сведён с престола земской оппозицией во главе с Прокопием и Захаром Ляпуновыми. Кризис в стране ещё более усугубился, когда к власти пришла «семибоярщина», решившая пригласить на московский трон польского королевича Владислава. Но его отец Сигизмунд решил сам занять московский престол и с большим войском осадил Смоленск, который, несмотря на героическую оборону и нечеловеческие лишения, в конце концов пал. В то же время шведское войско во главе с Делагарди, приглашённое ранее Шуйским на помощь в войне против поляков, видя немощь московского правительства, стало преследовать свои цели и захватывать северо-западные русские города и приморские территории, в том числе Великий Новгород. Захватническая война сопровождалась бесчисленными грабежами мирного населения, издевательствами и убийствами ни в чём не повинных людей, разрушением городов.
В обстановке неуправляемости страной не могло быть речи о значительных преобразованиях в военном деле, тем более что комплектование войска служилыми однодворцами требовало платы за службу землёй и деньгами. Наведение порядка в стране связано с победоносными ратными подвигами второго ополчения во главе с К. Мининым и Д. Пожарским и избранием в 1613 году Земским Собором на царский престол Михаила Романова, причём в первые 20 лет его царствования также не наблюдаем шагов по реформированию войска. Страна из руин поднималась медленно в условиях продолжения войны с поляками, которые не хотели уходить из пределов страны, продолжая претендовать на царский престол в Москве. И только в 1619 году после длительных дипломатических переговоров и военных демаршей было заключено с ними Деулинское перемирие, по которому Польша «удержала за собою Смоленск и Северскую землю».
Со Швецией двумя годами раньше был заключён Столбовский договор (1617 год), по которому Густав Адольф уступал русским все свои завоевания, не исключая Новгорода, брал 20 тысяч рублей и оставлял за собой южный берег Финского залива с Невой и городами: Ямом, Иван-городом, Копорьем и Орешком» (С.Ф. Платонов). Это было время, по словам В.О. Ключевского, когда «новая династия дурно начинала: она не только отказалась от национального дела старой династии, но и растеряла многое из того, что от неё унаследовала». «…Новая династия должна была ещё более прежней напрягать народные силы, чтобы возвратить потерянное: это был её национальный долг и условие её прочности на престоле». «…С первого царствования она и ведёт ряд войн, имевших целью отстоять то, чем она владела, или воротить то, что было потеряно».
В годы перемирия правительству удалось навести в государстве относительный порядок и скопить средства на содержание армии. В то самое время, когда государство терпело невзгоды, вызванные потерей западных земель и медленным разрешением порубежных конфликтов, потерей казны от сокращения торговли и сбора пошлин, на юге не давали о себе забывать крымчаки.
Мы можем ещё лучше себе представить положение дел у Московского государства на Западе, юге и юго-востоке, изучив подробности, с которыми нас познакомил другой наш великий историк С.М. Соловьёв, анализируя первые десятилетия деятельности Романовых: «Мы видели, как заботливо царь Михаил избегал разрыва с крымским ханом, и причина понятна: всё внимание было обращено на запад, все силы государства были направлены туда».
Но вот что происходило в реальности. В 1632 году донские казаки на Чёрное море не ходили, а пошли на Яик, тем не менее «… азовские люди (т. е. турки) приходили войною на государевы украйны, а потом приходили войною крымские многие люди». Именно об этом говорили визирю московские послы, приехав в Константинополь, а летом 1633 года туда же были направлены новые послы Дашков и Сомов и предъявили жалобу, что «крымский хан Джанибек-Гирей, наруша свою шерть (присягу), в прошлом году посылал своих людей на московские украйны, что теперь с ними, послами, встретились в степи тысяч восемь азовских и ногайских людей, пошли войною на государевы украйны… Потом послы получили грамоту из Москвы с известием, что в июле 1633 года крымский царевич с 17-ю мурзами напал на московские украйны, переправился через Оку, приступил к Серпухову».
