Иракские дети рано приучаются к труду. Пожалуй, это происходит непроизвольно: ребенок с малых лет делает посильную домашнюю работу. Девочки нянчатся с малышами, убирают дом, готовят пищу, стирают. Мальчики, подрастая, начинают помогать отцу в его деле: торгуют на базаре, замещают отца в лавке, выполняют разные поручения в мастерской. Подобной деятельностью иракские мальчишки начинают заниматься уже с 8-10-летнего возраста, находясь в сфере трудовой деятельности своих отцов, к 14–15 годам они становятся вполне квалифицированными подмастерьями, а уже к 18-20-ти вполне могут замещать отца в деле.
Мне не раз приходилось наблюдать иерархию семейной деятельности в иракских мастерских и лавочках, торгующих как в городе, так и на базарах. Мальчишки поменьше подметают территорию, бегают за водой, поливают дворик, в общем выполняют самую неквалифицированную работу, находятся, так сказать, на подхвате. Ребятам постарше уже доверяется работа посложнее: помыть машину, если это мастерская по ремонту машин, подержать инструмент, подменить отца в лавке на несколько минут. При этом нет никакого целенаправленного обучения. Мальчишки, наблюдая за работой старших, постепенно перенимают их трудовые навыки и со временем становятся такими же мастерами своего дела, как и они. Здесь, наверное, сказывается необыкновенная способность иракцев к подражанию и копированию.
Об иракских детях можно сказать, что они застенчивы, но весьма любознательны, особенно это касается девочек. Первое время непривычно испытывать на себе пристальный и пытливый взгляд черных детских глаз, устремленных на вас практически отовсюду — из-за калитки соседнего дома, из глубины полутемной лавочки, куда вы зашли купить пачку сигарет, из-за спины соседа иракца, с которым вы остановились перекинуться парой фраз. Дети не просто наблюдают за вами, они изучают вас, составляют о вас свое мнение. Но каким бы испытующим ни был взгляд из-под длинных черных ресниц, он всегда доброжелателен, и обладатель в любую минуту готов к общению с вами. Мальчишкам присуща удивительная способность преследовать вас повсюду, особенно если вы имели неосторожность чем-либо выделиться в толпе. Это очень заметно в сельской местности. С возрастом дети приобретают спокойный и сдержанный нрав, присущий настоящим арабам, сохраняя при этом детскую непосредственность и веселость, способность шутить и понимать шутки.
Шумит город, живет своей жизнью, растет вширь и ввысь древний Багдад, люди спешат по своим делам, решают насущные проблемы, играют на улицах дети, и в этот обыкновенный и привычный шум врывается оглушительный рев труб, глухое уханье барабанов, звонкие переливы бубенчиков, сопровождаемые непрерывными гудками автомобилей, которые немедленно подхватываются всеми водителями. И вы теперь уж не пугаетесь этого нового для вас явления на улице города, зная, что движется свадебный кортеж, и не шарахаетесь в сторону с испугом и недоумением, а, наоборот, сами, уже со знанием дела, жмете что есть силы на автомобильный гудок, приветствуя рождение новой иракской семьи.
Чуть заалел восток. Первые лучи солнца осветили землю. Еще не нагревшийся воздух чист и прохладен. Тишину утра нарушает только легкий шелест пальмовых листьев. И вдруг! Разрезая воздух, звеня и дрожа, эхом отражаясь от стен домов и повторяемый бесчисленное множество раз, усиленный мощным громкоговорителем летит по всей стране призыв к утренней молитве: «Аллаху акбар!». Человеку, непривычному к подобного рода звукам на заре, не знающему обычаев страны, может показаться все что угодно — начало войны или еще какого-нибудь бедствия. О чем сообщают громогласно по всей стране? Но ничего страшного не произошло. Натяните на себя одеяло, повернитесь на другой бок, заткните уши и постарайтесь вновь уснуть, конечно, если вы не мусульманин. Мусульманину же в это время положено предаться утренней молитве.
В соответствии с канонами ислама, мусульманин обязан в сутки совершать пять ритуальных молитв (салят): при восходе солнца, в полдень, после полудня в середине дня, при заходе солнца, с наступлением ночи. При этом не надо думать, что мусульманская молитва — дело простое и легкое. Прежде всего каждой молитве предшествует ритуал омовения, или очищения (тахара), а уж сама молитва — это определенное число физических упражнений — наклонов, челобитий, приседаний и т. п. И пять раз в день воздух будет сотрясаться от громоподобного призыва к очередной молитве, разносящегося с минаретов, на которых сейчас укреплены громкоговорители, и пять раз в день вам будет казаться, что трубный глас извещает о конце света, пока вы к этому не привыкнете, как привыкли к этому коренные жители — иракцы.
После того как прозвучал призыв к молитве, будь то утренняя, полуденная или вечерняя, жизнь в стране не замирает, все население поголовно не падает на колени — молится только тот, кто хочет, хотя тех, кто не молится, ни в коем случае нельзя отнести к разряду неверующих.
