— Я пришел так поздно, — шепнул он, — потому что решил подслушать, чем занимается Хабулам. Все его люди легли спать; потом он вместе с Хумуном прокрался к стогу. Оба только что заползли внутрь.
— Теперь мы узнаем, на что годимся. Они думают, что мы спим, и скоро полезут на башню.
— Что ж, посмотрим, — сказал Халеф и, сопровождаемый остальными, побежал наверх.
Дождь все еще шел; он барабанил так громко, что заглушал шум шагов снаружи.
Я сидел в нижней комнате в полном одиночестве и ждал. Через некоторое время ко мне спустились четверо моих товарищей, и Халеф доложил:
— Сиди, они наверху. Только что поднялся последний, всего их семеро.
— В стогу их было девять. Миридит уехал. Мубарек остался из-за своей раны.
— Так оно и есть. Теперь мы немедленно убираем лестницу и несем насос.
— Накройтесь одеялами, а не то промокнете до нитки.
Они поспешно взяли одеяла, отодвинули засов и вышли
на улицу. Я выпрямился, опираясь о стену, и откинул ставень. Снаружи было темно; но сквозь этот мрак и дождь я разглядел вскоре четырех человек, что-то делавших неподалеку от ставня. Потом я услышал, как равномерно заскрипел рычаг насоса. Они привинтили шланг и изо всех сил стали качать воду наверх. Лужа раскинулась прямо под моим окном. Время от времени Халеф что-то тихо командовал. Несмотря на ливень, маленький хаджи явно чувствовал себя в своей тарелке.
Вверху все оставалось спокойно. Похоже, с насосом получилось удачно. Мошенники, наверное, не могли понять, почему вода стала прибывать, но обнаружить свое присутствие побоялись. Изо всех сил они пытались открыть люк, ведущий внутрь башни. А ведь Хабулам говорил, что захватит с собой сверло. Возможно, им удалось выдернуть скобу. Тогда они двинутся вниз; я уже приготовился встретить их револьвером. Однако сколько я ни прислушивался, я не мог уловить никакого шороха, доносившегося с лестницы. Значит, Халеф хорошо закрепил крышку.
Так прошло, наверное, более часа. И вот все четверо вернулись ко мне.
— Мы готовы, сиди! — радостно заявил Халеф. — Насос качали что было мочи. Промокли до костей! Разрешишь нам зажечь лампу?
— Да, так даже лучше; свет у нас есть.
Он зажег лампу и налил туда масло. Потом мои спутники поднялись наверх, в комнату, над которой стояли наши враги, коченея в воде. Они открыли ставень, и я услышал голос Халефа:
— Аллах приветствует вас, мои господа! Дневная жара вам так надоела, что вы решили подышать свежим воздухом? Как вам нравится великолепный вид, что открывается с верхней площадки? Наш эфенди интересуется, не прислать ли вам свою подзорную трубу, чтобы было легче разглядывать струи дождя.
Я внимательно вслушивался, но так и не услышал ответа. Высмеянные заговорщики, казалось, вели себя тихо.
— А почему вы вздумали купаться в ночные часы да еще там, наверху? — продолжал Халеф. — Таков ваш местный обычай? Мне было бы очень неприятно, если бы вода оказалась не слишком теплой. Но мы не хотим подглядывать за вами в купальне, поэтому вежливо удаляемся. Надеюсь, до рассвета вы управитесь; потом же позвольте мне, вашему покорнейшему слуге, справиться о вашем самочувствии, благородные господа.
Спустившись вместе с остальными, Халеф промолвил, смеясь:
— Сиди, они угодили в отличную ловушку; они не отваживаются даже слово сказать. Мне показалось, что я слышу, как они клацают зубами. А сейчас мы могли бы неплохо выспаться; никто нам больше не помешает.
— Да, спите спокойно, — сказал Яник. — Вас утомила поездка; я же пока еще бодр. Я покараулю вас и, в случае чего, мигом разбужу. Но вам нечего бояться. Они не сумеют спуститься. Самое страшное для нас, что вода может просочиться сквозь потолок и хлынуть сюда. Но все равно это не опасно.
Он был прав. И поскольку мы могли на него положиться, мы спокойно улеглись.
Мне не хотелось спать, хотя я устал и мне нужен был отдых. Я слышал легкое хихиканье хаджи, который радовался удачной проделке и потому не мог успокоиться; я улавливал монотонный, непрекращающийся шум дождя, который, наконец, убаюкал меня. Вскоре меня разбудил громкий стук; в дверь стучали так, как я учил Яника. Я выпрямился; видимо, это была Анка, которая хотела нам что- то сообщить.
Яник открыл; моя догадка подтвердилась: в комнату вошла девушка. Халеф, Оско и Омар, конечно, тоже сразу проснулись.
— Простите, что я мешаю, эфенди, — сказала наша милая союзница. — Я принесла новости. Яник рассказывал мне о вашем плане; вы хотели, чтобы эти люди постояли подольше в воде. Как ваш план, сбылся?
— Да, они все еще наверху.
— А я думаю, что они давно убежали оттуда.
— Ах! Как же им удалось спуститься?
— Я не знаю, но уверена, что они укрылись сейчас в замке.
— Это, конечно, удивительно. Рассказывай!
