– Если на расстояние более километра, то возможно. Можно продемонстрировать перевод огня на цели, находящиеся на разном расстоянии от позиции. На колометр, полтора, два… И на максимальную дальность, два с половиной километра.
– А попадешь?
– Да. Если вместо вспомогательных целей буду использовать таблицы стрельб.
– Таблицы стрельб? Ты знаешь, сколько времени понадобиться на их создание?
– Мне нужны формулы на поправку на ветер и расчеты всего на три-четыре позиции[35]. Хороший математик рассчитает это за неделю.
– Это должен быть хороший математик, имеющий разрешение доступа к секретным военным разработкам, – уточнил Шеварди. – Но ты уверен, что имея такие таблицы, сможешь попасть?
Бомон усмехнулся:
– Я собираюсь немного сжульничать. Установлю специальные колышки и метки, благодаря которым и буду вести огонь. Не используя вспомогательные цели.
– Так может, заранее пристреляешь и не нужны будут таблицы?
– А поправка на ветер?
Шеварди задумался и начал отбивать пальцами Марш Великой армии[36].
– Мне кажется, у меня есть подходящая кандидатура. Генерал Дидион. Он с 60-го года в отставке, но пользуется влиянием в Артиллерийском комитете, как признанный авторитет в области баллистики. Возможно, он заинтересуется сам. Это сняло бы все вопросы. Но если и назовет другую кандидатуру, к его рекомендации прислушаются и в Тюильри, и в артиллерийском комитете. И нам повезло, что я знаком с ним. Он тоже из «Иксов», и сейчас работает в Политехнической Школе.
– А когда вы поедете в Париж?
– Вот сейчас и поеду. Но сперва с вместе тобой отправимся в Медон к полковнику Реффи. Надо убедить и его. Готов продемонстрировать полковнику хоть что-то?
– Первое из предложенного, хоть сейчас.
– Кстати, что ты предлагаешь в качестве третьего акта?
– Стрельбу батареи митральез. Это выглядит впечатляюще.
Реффи, как и ожидалось, находился в оружейных мастерских. Полковник долго, не менее сорока минут, сомневался в целесообразности «придворного балета», но сдался под напором Шеварди. Впрочем он оговорил, что окончательное решение, примет лишь после демонстрации новых приемов стрельбы, предложенных Бомоном. Тем не менее, Шеварди отправился в Париж, в Политехническую школу навести справки о генерале Дидионе. А Жорж остался в Медоне, чтобы, пользуясь разрешением Реффи, внести в митральезу, предназначенную для показа, некоторые изменения, облегчающие прицеливание, а также в механизм поворота ствола. Сектор обстрела митральез Реффи, по мнению Бомона, был явно недостаточен.
Следующим утром Шеварди сообщил приятное известие, что генерал заинтересовался исследованием баллистики митральез. И если Дидеону направят соответственное официальное письмо, будь то от артиллерийского комитета, будь то военного министерства, да хоть он директора ружейных мастерских, он с удовольствием займется данной темой. Генералу это ближе, чем расчеты колес для водяных мельниц, которыми он занят ныне.
А днем, когда Шеварди возвращался в коляске с обеда, его окликнул сторож-вахтер у ворот полигона.
– Господин подполковник! Вас тут спрашивали.
– Кто?
– Некий мсье Дарбу!
Сам подполковник был равнодушен к религии. А вот ее супруга и теща… Как и императрица Евгения они были ревностными католичками, что вообще присуще испанкам, даже если они мексиканки. Поэтому фамилию Дарбу[37] он слышал от домашних, причем совсем недавно. Архиепископ то ли наложил какой-то на кого-то запрет, толи отстранил от службы… Что-то там такое… Полковнику эти церковные дрязги были неинтересны, а вот его женщины принимали их близко к сердцу и горячо обсуждали. Поэтому Шеварди удивился и уточнил:
– Архиепископ?
– Да вроде нет… – произнес сторож. – Уж больно молод. Да и приехал на дилижансе[38]. Да вон он идет.
Обернувшись, Шеварди увидел мужчину лет двадцати пяти-тридцати, торопливо шагавшего в сторону проходной. Худой и нескладный, с пенсне на носу, он выглядел как типичный преподаватель одной из Школ Парижа. Уж их-то Шеварди немало повидал на своем веку.
– Добрый день! – приподнял шляпу незнакомец[39].
– Добрый день, монсеньор! – прикладывая пальцы к форменной фуражке, проговорил Шеварди.
Подполковник подумал: чем он хуже Наполеона, и решил немного пошутить. Однако результат оказался немного не тем, что ожидал офицер. Дарбу растерялся и даже оглянулся, чтобы посмотреть, кого приветствует Шеварди. Процедура знакомства, принятая в обществе была нарушена, и теперь визитер не знал, что делать дальше.
Есть такой тип людей, которые могут быть и умными, и проницательными, иметь множество талантов, однако теряющиеся при изменении привычного им порядка вещей.
– Прошу прощения, – повинился подполковник. – Неудачная шутка.
– Добрый день, – начал с самого начала визитер. – Жан Дарбу, преподаватель математики лицея Людовика Великого.
– По всей видимости, вы приехали в Версаль по поручению генерала Дидиона?
– Меня рекомендовал генералу академик Шаль[40]. Он был моим учителем в Сорбоне.
– Вы сталкивались раньше с баллистикой?
