Nabat_1 полностью

— Сеня, не умничай, — скривил усмешку Воливач. — Я могу вспомнить и снижение цен, и быстрый подъем из раз­рухи, а в лагеря ссылали засранцев, которым хотелось пить, сеть и умничать. Вершков нахватались, а решили, что Бога за бороду держат. Не умничать надо, а трудиться!

— Это и сеть рабство, — вставил Луцевич. — Но, друзья мои, мы долго будем выяснять, хорош Сталин или плох, мы же заговорили о духовности и, подобно кухонным полити­кам, погрязли во второстепенных проблемах. Сталин, я бы заметил, продукт своей эпохи, ничего нового для духовности не сделавший. Сильный и умный. Но диктатор. А вы, как мне кажется, хотите видеть Россию свободной от диктата и насилия, хотите скрепить нацию изнутри, а не снаружи. Для этого, братие, сначала надобно решить уравнение первого порядка: почему иудаисты общаются со своим Яхве напря­мую, мусульмане обращаются прямо к Аллаху, буддисты — к своему Будде и только христиане не сподобились такой чес­ти, ведут свои переговоры с Богом через посланника Иисуса Христа.

— И что? — не выдержал Воливач. — Какая разница меж­ду ахинеей с Яхве и Буддой? Я реалист и пути выбираю по­дальше от мифической зауми. Россия поумнела, религия стала вроде театра.

— А вот и ошибаешься, Виктор Вилорович, — вмешался Гречаный. — Религия еще долго будет играть главенствую­щую роль в судьбе России. Наше дело — ветхозаветной мо­рали противопоставить новейшую, чтобы наши боги жили не на Сионе, а на Поклонной, скажем, горе.

— Верно, Семен Артемович, — согласился Луцевич. — И тогда можно перейти к уравнению второго порядка: почему

15-Набат

русские менее других боятся Бога и чаще других поминают Его?

— Ответ заложен в уравнении третьего порядка, — не стал умничать Воливач. В дебри залезать он не намерен, а вот разумное зерно готов взять. — Так как оно звучит?

— На фига попу гармонь?

— А понятней? — не принял юмора Воливач.

— О неприменении лицами духовного сана кнопочно-кла- вишных инструментов. Давным-давно попы музыки не зака­зывают, а живут припеваючи. Потому что любая идейная борьба крутится вокруг христианства — низвергают его или поднимают до золотых куполов. Церковь отделена от госу­дарства, ну и пусть себе живет, если ей безразлична полити­ческая судьба русского народа. У вас в руках все рычаги власти, есть время, появились средства, вот и проповедуйте подлинно русских богов, а не заемных!

— Сим победиши, — заключил за Луцевича Гречаный. — Витя, он прав. Чувство достоинства мы в людях разбудили. Так дадим же им возможность самим выбирать богов!

— Согласен, — попыхтел Воливач. — Однако Олег Ви- кентьевич предложил подконтрольный вариант.

— Не совсем так, — решил уточнить Луцевич. — Я пред­ложил выборы из двух кандидатов. И вам понятно, что Цер­ковь от своих догматов не отступит. В наше время пугать загробным миром — бесполезное занятие. Библию не чита­ют, и никто не разбирается в церковных канонах. Венчание, отпевание, свечку поставить — это приемлемо. А соблюдать посты, к примеру, не хочется. Тут самый резон противопо­ставить кондовому христианскому учению, которое сплошь из запретов, веру светлую, истинно славянскую. Скажу бо­лее понятнее: все религии брали корни из ведической веры, арийской. Фашисты приспособили ее к своей теории, испо­хабили само слово «ариец», чему способствовали иудаисты и христиане. Ариец стало синонимом расиста. Ваша задача объяснить людям истину.

— Ох, Олег Викентьевич, наговорил, разбередил, — задви­гался Воливач и принялся расхаживать по веранде. — Но если ты такой грамотный и переживаешь за судьбу русских, что ж ты в Швейцарии обосновался? — прямиком спросил он.

— В самую точку, Виктор Вилорович, — разулыбался Лу­цевич. — Времена чванливого и тупого Антихриста минули, и ноне прошу вашего разрешения покорнейше дать мне воз­можность вернуться к своим пенатам и разделить дальней­шую судьбу с народом моим.

— Вот завел! — глянул на него Воливач с укором. — Граж­данство сменить надо? За час решим!

— Я остался гражданином России, — мягко напомнил Лу­цевич. — Всего лишь прошу власти разрешить вернуться...

2 — 9

Зачем спрашивать вождей? Они либо врут, либо ничего не знают.

Это наставление Тишки-ангела Судских запомнил хоро­шо. Случай с Устиновым и дальнейшая встреча с майором Толубеевым, так вульгарно открывшиеся корни афганской войны и многое другое дали возможность Судских самостоя­тельно искать ответ на мучившие вопросы и поиск истины. В мире по-прежнему правили корысть, ложь, добро подме­нялось злом, мнимые ценности подменяли подлинные и мало было мудрецов, способных найти различия. А дальше? Все равно мир походил на муху в сетях жадного паука.