— А вот и нет, — настаивают японцы. — Счетных таблиц никто не видел. Их знает один старик Мориока и немножко Судских. Тамура никому их не доверил, а когда разочаровался в Гречаном, вовсе. Поэтому Мориока-сан передаст тебе ключевую фразу, ты встретишься с Судских, а он поможет тебе в обмен получить охранную грамоту у Гречаного. Это правильно.
— А он согласится, не обманет?
— Это последний остался порядочный человек из русских. Тамура-сан доверял только ему. Судских — божий человек.
Прибежал наконец мальчишка, сын одного из контрактников, принес из передвижного лагеря травяной сбор для чая. Оживились сразу, серьезные разговоры оставили: удовольствие посмаковать настоящий зеленый чай знают только японцы. Они и здесь, в далекой Сибири, наловчились распознавать целебные травы, собирали их, сушили, заваривали. Такой чай поддерживал дух, пился с достоинством самураев, и тогда звонили в душе колокола утонувшей родины чрез толщу вод...
За мальчишкой увязалась собачонка и принялась радостно носиться среди людей.
Едва разлили отвар по кружкам, принесло троих конных.
— Вот некстати, — проворчал бригадир. Остальные настороженно помалкивали. Будто впервые...
— Что, чукчи, отраву пьете? — спросил один с погончиками подъесаула, куражился.
— Чай мало-мало.
— Сакэ давай.
— Нету сакэ, нельзя, наказывать будут, — отвечали ему. — Чай, пожаруйста.
— Да пошел ты с чаем! Чай — не водка, много не выпьешь, — цедил слова подъесаул, а внимание переключил на скачущую собачонку. Примерившись, он выщелкнул нагайку, намереваясь ударом захватить ее в петлю.
Собачонка оказалась смышленой. Увернувшись от удара, она припала к земле, выжидая, что последует дальше.
— Ах ты, тля...
Японцы делали вид, будто эти забавы их не касаются, пили чай, причмокивая. Подъесаул снова щелкнул нагайкой, и опять собачонка вывернулась и, будто потешаясь, не убегала прочь. Казак раздухарился:
— Петро, дай твою нагайку. Она со свинчаткой и длинней будет.
Ему дали другую нагайку. Подъесаул зажал ее в руки по- ухватистее, примерился.
— Держись, пеявка...
Перестарался он дюже: замах вышел кособокий, и вместо того, чтобы захватить собачонку в петлю, нагайка обвилась вокруг шеи ближайшего казака. Потяг руки вышел ощутимый, и всадник от неожиданности свалился наземь, захрипел, силясь освободиться от петли. Спасибо, товарищи вызволили.
— Ты совсем, Назар, спятил? — сипло спросил обиженный.
