– Запомни, друг. Новейшие модели обязательно снабжают характерным отличительным признаком. У разных компаний они разные, но в общем случае это – небольшая родинка на видном месте. Найти другие отличия реально только после того, как ты этого самого робота вскроешь. Дело-то хорошее, но будут неприятности, если вдруг перепутаешь железку с человеком.
Я невесело хмыкнул, катая в ладонях бокал вина.
– Но вообще, ночь с роботом – это нормально, – неожиданно заявил Эрик. – Как по мне, именно это – то единственное, что может оправдать их существование.
Ох ты ж. С какой интересной стороны внезапно открывается мой коллега. Даром, что старик уже.
– Да не строй ты такие рожи, – отмахнулся от моего удивления Эрик. – Мы в будущем. Здесь секс с роботами – это нормально. Многие вообще предпочитают только с ними и кувыркаться.
– Ну, мне пока что это не кажется нормальным.
– Согласен, тебя обманули красиво. Но ты утешься. Чего там эта девица хотела? Получить гражданство и уехать с планеты? Ее желания скоро отчасти исполнятся. Или на асоциалку закинут, или в векторную миссию отправят. В любом случае планету она покинет.
– Не сказать, что я опечален сверх меры, – проворчал я в ответ. – Не пойму только, она что, не понимала, что переходит границы закона?
– Скорее всего, она просто дура, друг. Не поверишь, сейчас у людей очень часто встречается такой диагноз. Говоришь, диссертацию писала? Ну так, решила, что, если докопается до нашего истинного занятия, то ее все на руках носить будут. Хвалить за труд и проявленное упорство.
– Да уж. Ладно, дьявол с ней.
– Правильно. В целом историю можно забыть. Что дальше делать-то собираешься?
Его вопрос вызвал у меня горькую усмешку. Ничего мне сейчас делать не хочется. Здесь, по крайней мере.
– Я, наверное, к звездам вернусь. Отдохнул, впечатлений набрался – да и хватит. Пошло в одно место это все.
Эрик неожиданно тяжело вздохнул.
– Завидую. Когда-то я решил, что настало идеальное время для возврата в общество. И ошибся. Общество становится все дерьмовее и дерьмовее. Нужно было вообще не подписывать тот первый контракт. А теперь тем, кто еще на службе, остается только сидеть в космосе и смотреть на историю, проносящуюся мимо. Потому что для жителей Федерации мы – лишь занятные и никому не нужные диковинки. Такая вот веселая история. В космосе мы не нужны начальству, а в Федерации – так и вообще никому.
Эрика, похоже, опять понесло. Теперь уже не только роботы в его бедах виноваты, но еще и общество в целом. Короче говоря, все подряд.
С другой стороны, в чем-то он прав. Мне, скажем, гулять по курортам Барнарда уже не хочется. Совсем. А хочется забыть к дьяволу весь свой отпуск и оказаться посреди родной пустоты.
Еще я неожиданно понял, что соскучился по общению с космосом. И снова не против почувствовать «взгляд бога». Недавно только вспоминал про него с тревогой, а теперь вот опять тянет… Парадоксально, но факт.
Я поставил на стол бокал.
– Пойду я, наверное, Эрик. Точнее, полечу обратно на орбиту. Спасибо тебе за всё. Может быть, увидимся еще. Лет через десять.
– Это вряд ли… Хотя, чем черт не шутит, – печально произнес он. – Может, к тому времени дармоеды-медики все же научатся лечить старость. Рад был видеть тебя, брат. Нас так мало осталось.
– Слишком мало, – пробормотал я, выходя от старика и взмахом руки подзывая к себе Шар. – Слишком мало для этого сумасшедшего времени…
– Похоже, отдых вам не очень понравился? – сочувственным тоном поинтересовался Кристоф. – Алиса, принеси нам кофе.
– Спасибо, – я неприязненно покосился на девушку, выглянувшую из стены. – Да вы же сами все знаете, директор. Этот вот мелкий негодяй наверняка все рассказал.
Шар, неподвижно зависший рядом со мной, благоразумно промолчал.
– Ну, не стану отрицать, ваш барбос получил команду сообщать обо всех чрезвычайных ситуациях напрямую мне. Но по факту таких не случалось вплоть до вашей встречи с этой девушкой. Так что какого-то особо серьезного контроля не было.
Я отхлебнул кофе и благодарно кивнул.
– И на том спасибо. Отлично понимаю, что наблюдение хоть в каких-то пределах должно было быть.
– Рад, что вы не в претензии. Так что же послужило причиной вашего возвращения ко мне? Та девушка вас больше не побеспокоит, у безопасности к вам нет никаких претензий, у института наблюдателей – тоже.
– А что с Фреей будет, кстати? – я почувствовал слабый прилив любопытства.
Кристоф неопределенно пожал плечами.
– Ее поведение классифицировано как вредоносное для Федерации, но реального ущерба она нанести не успела. Так что на Меркурий ее не отправят, полетит с очередными колонизаторами.
Вот даже как. Эрик, похоже, оказался прав.
Снова глотнув кофе, я откинулся на спинку кресла и взглянул в глаза директору.
– А в Федерации вообще существуют другие наказания? Или только эти два?
– А зачем нужны другие? – Кристоф ответил мне таким же прямым взглядом. – Федерация не верит в исправление и раскаяние.
Его неожиданная прямота заставила меня немного смутиться и уткнуться в кружку.
