– Почему? Что в ней было такого необычного?
Тесс пренебрежительно фыркнула.
– Деньги, что ж еще! И гонор. И того, и другого с верхом.
– То есть то, что у нее много денег, было видно со стороны, вы это хотите сказать?
– Только слепой мог этого не видеть. Она все выставляла напоказ. Каждый раз шикарные костюмы, массивные, дорогие украшения… Очки «Гуччи» – никогда не видела таких огромных. Сумочка «Гермес». И, конечно, «Бентли». Парковалась под окнами клиники, чтобы все видели.
– Понимаю. И вела себя высокомерно?
– Мы, средний медперсонал, не ее уровень. Разговаривать с нами было ниже ее достоинства. Полагаю, в кабинете доктора Уэстли она вела себя иначе. Особенно когда рассказывала, что не так с мальчиком.
– Но вы при этом не присутствовали?
Тесс качает головой.
– Нет. Ни я, ни кто-либо другой. Вообще-то у нас так не принято. Врачу нужен помощник во время консультации. Но только не в их случае.
– И как он вам? – Кристи имела в виду мальчика.
– Тихий, воспитанный. Он мне нравился.
– Необыкновенно тихий?
– Да нет. Мы здесь, знаете, всего повидали. Есть дети, которые так и носятся по коридорам, и родителям не удается ни на минуту их успокоить. Другие, напротив, боятся врачей и замыкаются в себе. Финли был, пожалуй, из последних. Но в целом в пределах нормы.
– Он появился в вашей клинике довольно поздно. Если я правильно поняла из документов, которые видела в пятницу, Финли был здесь всего пять раз, и перестал ходить в вашу клинику, когда ему исполнилось девять лет. Маленьким он у вас не наблюдался.
– Все так. Ему было семь лет, когда он впервые здесь появился. С бронхитом, насколько я помню, который развился из простуды и никак не проходил. В общем, ничего особенного.
– То есть Финли был здоровым мальчиком?
– Да. Мать водила его сюда по пустякам, и то не часто.
– Неужели доктор Уэстли совсем ничего не рассказывала о Лайзе Стэнфорд?
– Нет, – Тесс покачала головой. – Она была очень строга в таких вещах. Ни разу слова лишнего не проронила ни о пациентах, ни об их родителях. Тем более о Стэнфордах. Она, конечно, заметила, как мы зубоскалим на их счет, вот и решила не подливать масла в огонь.
– А с коллегами-врачами она о ней не говорила?
– Скорее всего, – нерешительно предположила Тесс. – Но докторов, которые работают сегодня, тогда, так или иначе, в клинике не было. Доктор Уэстли общалась с Филлис Скиннер.
– Она лежит дома с гриппом, – догадалась Кристи и вздохнула.
– Именно, – подтвердила Тесс. – То есть если Энн Уэстли с кем-то и обсуждала пациентов и их болезни, то это с Филлис Скиннер.
– Можно ее адрес? Мне нужно будет срочно переговорить с доктором Скиннер.
– Конечно, – с готовностью отозвалась Тесс.
Из коридора постоянно доносились телефонные звонки и звякал дверной колокольчик.
Тесс посмотрела на часы:
– Боюсь показаться невежливой, сержант, но…
– Мы почти закончили, – поспешила заверить ее Кристи. – Остались два коротеньких вопроса. Итак, Финли Стэнфорд наблюдался здесь в возрасте от семи до девяти лет. Всего пять визитов. Сейчас ему двенадцать. То есть в клинике он не появлялся уже три года?
– Три с половиной, если быть точнее. Да, все верно.
– Он и его мать оставили вашу клинику, после того как доктор Уэстли вышла на пенсию?
– Получается так.
– И еще одно. У нас есть информация, что Лайза Стэнфорд страдает депрессией. При этом время от времени она пропадает из дома и скрывается неизвестно где. Вы что-нибудь об этом знаете?
– Нет, – искренне удивилась Тесс.
– Вы ничего такого за ней не замечали? Что она страдает депрессией, я имею в виду.
– Честно говоря, не похоже, чтобы она чем-то страдала. Страдали скорее остальные. Собственно, я не особенно к ней приглядывалась. Кому придет в голову интересоваться особой, которая ни во что тебя не ставит? Но депрессия… нет, очень непохоже. Насколько я знаю Лайзу Стэнфорд, по крайней мере.
– Спасибо, что уделили мне время, – сказала Кристи.
Теперь в ее списке оставались три женщины – участницы группы поддержки, которую посещали Карла Робертс и Лайза Стэнфорд. Эллен Карран прислала по электронной почте имена и адреса всех пятерых, но Кристи уже поняла, что поговорить получится только с одной женщиной. Две другие отправились в тур по Новой Зеландии в декабре и вернутся домой только в феврале. Нэнси Кокс с готовностью отозвалась на предложение Кристи побеседовать.
– Приходите ко мне в первой половине дня, – пригласила она. – Я уже год как на пенсии и у меня масса свободного времени.
Час пик миновал, движение на улицах понемногу успокаивалось. Кристи за рулем вспомнила субботний разговор с Филдером. Она спросила, что за парень Логан Стэнфорд, которого до сих пор лишь мельком видела на газетных снимках. Филдер как будто смутился:
