Современная макроэкономика, в отсутствие единого метода её теоретического обоснования, нуждается в серьезном переосмыслении. Сборник статей А. М. Воина рассматривает взаимосвязанную эволюцию экономических кризисов и макроэкономических моделей (кейнсианства, монетаризма и классической модели), стремясь объяснить, почему, не приводя в течение некоторого периода времени к кризисам и застоям, затем они начинают приводить к ошибкам.Представляемая читателям книга также исследует аспекты политики и морали в современной макроэкономике, что позволяет считать её началами новой политэкономии.
Начала новой макроэкономической теории
А. Воин
Вступление
Причиной, побудившей меня обратиться к макроэкономике, послужил мировой финансово-экономический кризис 2008-го года. Сам факт этого кризиса уже свидетельствовал, что с мировой макроэкономической наукой не все в порядке. Кроме того кризис свалился на всех, включая политиков и самих господ ученых экономистов, как снег на голову. Т. е. задним числом нашлись, конечно, одиночки, которые предупреждали, что так будет. Однако подавляющее большинство ученых экономистов придерживалось противоположного мнения. Когда кризис уже разразился, был огромный разнобой в оценке причин, масштабов и последствий кризиса. Например, в то время, когда в Америке кризис уже бушевал во всю, украинские власти заявляли, что Украины он не коснется. А оказалось, что Украина пострадала от него гораздо сильнее, чем другие страны. Меры по выходу из кризиса, которые предпринимались правительствами разных стран, носили непоследовательный, хаотический характер. В обоснование этих мер правительства не ссылались ни на какую стройную макроэкономическую теорию. Не было попыток проследить отдаленные последствия принимаемых мер. А сами меры смахивали на латание дыр, освобождение там, где сейчас жмет, без заботы, а точнее способности видеть, что будет потом. Колоссальные долги правительств Соединенных Штатов и некоторых европейских стран, образовавшиеся вследствие этих мер и угрожающие, (с учетом медленных темпов восстановления экономики) новым кризисом, который может превзойти предыдущий, тому свидетельство.
Все это подводило к мысли, что современная макроэкономика не может считаться наукой в том смысле, в котором мы называем наукой физику, биологию и прочие естественные науки. Наукой, которая должна и может «на основе опытов прошлого предсказывать (надежно) результаты опытов будущего» и обладает методом обоснования своих теорий и выводов, принимаемым всеми представителями ее и позволяющим им находить между собой общий язык и договариваться (пусть не сразу) о том, кто из них прав, а кто ошибается. Впрочем, сегодняшнюю макроэкономику и не относят ни к естественным, ни к точным наукам, а зачисляют в гуманитарные, которые разбиты на множество школ, не имеющих между собой общего языка. Именно поэтому, даже если кто-то и давал правильное предсказание будущих событий, это никак не повлияло на дальнейший ход их. В отсутствие принимаемого всеми метода обоснования и обоснованной и признаваемой всеми макроэкономической теории, непонятно было, почему надо верить этому предсказателю, а не множеству других, утверждающих противоположное. Да и тот факт, что какой либо предсказатель на этот раз угадал, еще не означает, что предсказывал он на основе обоснованной теории, а не по наитию, и лишь случайно угадал. Это - как в истории с израильскими пророками, среди которых подавляющее большинство было лжепророками, а у царя не было критериев, позволяющих заранее знать, кто из них лже, а кто истинный и начинать ли ему войну по совету одних или не начинать по совету других. И только после того, как начав войну, он терпел сокрушительное поражение, он мог сказать: «Ага, вот эти, которые насоветовали мене начать войну, - лжепророки». Только пользы от этого запоздалого опознания было мало – поезд уже ушел. То же самое произошло и с последним финансово-экономическим кризисом.
Непосредственное знакомство с сегодняшней макроэкономикой показывает, что она не случайно числится за гуманитарной сферой и не случайно неспособна предсказывать «результаты опытов будущего» и давать властям однозначные и надежные оценки развития событий и указывать пути оптимального стабильного развития экономики. В современной макроэкономике есть несколько авторитетных школ, типа кейнсианства, монетаризма, теории рациональных ожиданий. Подвизаются также несколько теорий, авторитет которых уже в далеком прошлом, но они подштукатурены их адептами и представлены публике с приставкой «нео», типа классической теории Смита и Риккардо, подаваемой после ремонта, как неоклассическая. Не сошли со сцены даже представители эконометрической школы, несмотря на давно доказанную примитивность эконометрической теории. Каждая из этих школ и их теорий где-нибудь, когда-нибудь, что-нибудь предсказывала правильно. А если взять такие теории как классическая, кейнсианство и монетаризм, то эти неплохо работали в течение некоторых больших или меньших периодов времени. Однако каждая из них, начиная с какого-то момента, давала сбой и экономическая политика по ее рецептам приводила к кризису или к застою, инфляции и т.п. А в худших случаях ко всему этому вместе. Еще одна особенность макроэкономических теорий в том, что все они совершенно по-разному моделируют экономический процесс, беря за основу разные экономические параметры.
