Мы с Мухтаром облюбовали гаражи и там нюхали одуванчики, метили пикульки и гоняли кузнечиков, на всякий случай не забредая на территорию бабушек, держась ближе к вотчине мужиков.
Я поглядывал на первый подъезд и ждал, когда Серый соизволит вернуться домой. Но уже вечерело, а он все не появлялся. И вот уже на улице темень, Мухтар тянет в сторону ГОВД, кормежку просит. Пришлось купить ему в близлежащем гастрономе палку ливерной колбасы. Я бы и на нормальную не поскупился, но В СССР проблема была не в самом факте, что в магазине на прилавке было доступно всего два сорта колбасы. А в том, что эти два сорта назывались «колбаса есть» и «колбасы нет», и чаще был только второй из них. Ну, а ливерная все же в свободной продаже имелась. ее следует отнести к самым противоречивым колбасным изделиям советского времени. Диапазон воспоминаний о ней варьирует от «фу, это невозможно было есть!» до «а мне очень нравилось, было вкусно, сейчас бы повторить». Объективно говоря, ливерных колбас было несколько сортов, от «собачьей радости» до вполне себе гастрономически достойных, но у таких и цена могла в разы отличаться. Нередко ливерная колбаса выручала советских людей, особенно перед получкой — дешево и сердито, еще и стыно.
Пёс колбасу проглотил и, мигом повеселев, был не против снова нести боевое дежурство. А тем временем я обошел дом и увидел, что в окнах всего подъезда горит свет. Неужели Серый мимо меня проскочил? Нет, я внимательно следил. А может, это не я, а Антошенька лоханулся? Серый просто прячется в квартире? Надо бы проверить. Я привязал Мухтара к дереву под балконами, велел тихо ждать и не пугать граждан, а сам направился на поквартирный обход первого подъезда. Выяснять, где «лежка» Серого.
Начал с первого этажа. Бзыкнул кнопкой звонка. Основание кнопки покрыто десятками слоев задубевшей краски и будто вросло в косяк. В СССР дверные звонки делали застройщики. Раз и навсегда. Частенько такие устройства служили десятки лет. Правда, звук у них, как и у этого, был совсем не мелодичный. Одновременно похож на звон ржавого тазика и скрип старой телеги.
Дверь распахнулась, а в проеме появилась… Я аж дар речи потерял. Подумал, что показалось, но нет… Это была она. Прекрасная незнакомка с пляжа и стадиона. Только теперь она была не в купальнике и не в спортивных шортиках, а в простеньком халатике в невзрачный цветочек. Вот ведь судьба, что называется. Ну или Зарыбинск — настолько маленький городишко, что случайно встретить знакомое лицо можно запросто.
— Здравствуйте, — первой обозначилась девушка, пока я собирался с мыслями.
— Э-э… — кашлянул я. — Добрый день, вы не знаете, где живет Андрей Серов?
— А вы кто? — нахмурилась девушка.
— Я… его классный руководитель.
— А разве классные руководители ходят поздним вечером к ученикам?
— Понимаете… это особый ученик, он состоит на учете в инспекции по делам несовершеннолетних. Руководство школы, педсовет и инспекция возложили на меня обязанность — проверять, дома ли в вечернее время Андрей.
— А почему классный руководитель не знает адрес своего ученика? — продолжала допытываться незнакомка.
Ей бы в следствии работать, я лично только был бы за…
— Понимаете, — улыбался я, — тут небольшая оказия вышла. Адрес указан в классном журнале, я его себе на бумажку выписал, а по дороге съел пару конфет. И, проходя возле мусорки, клочок-то с фантиками вместе выбросил. Случайно. Загреб из кармана и — р-раз и все… Ну не возвращаться же мне за точным адресом, тем более школа уже закрыта, а я — вот он, сюда пришел. Дом помню, подъезд помню, а вот квартиру — нет.
— Алёна Сергеевна, — представилась девушка и улыбнулась, будто я был ее классным руководителем.
— Саша, то есть Александр Александрович, — мы пожали друг другу руки, а потом Алена вдруг обернулась и крикнула.
— Андрей, тут к тебе классный руководитель пришел! Александр Александрович.
— Ты чего, сеструха? — раздалось из комнаты. — У меня Галина Степановна классуха. Уже второй год.
Девушка перевела на меня взгляд, полный недоумения. Похмурила бровки, рот раскрыла, собиралась что-то спросить или предъявить, но не успела.
В коридоре появился Серый. Уже не такой грязный и замызганный, как несколько часов назад в ГОВД, но в одежке простенькой и домашней.
— Атас! — увидев меня, заорал он и бросился бежать обратно в комнату.
Неужели узнал во мне мента? Не думаю… Дверь в комнату за собой он не закрыл, и я видел, как он распахнул окошко и сиганул на улицу с первого этажа.
— Что происходит, вы кто? — вытаращилась на меня Алена.
— Не волнуйтесь, я все позже объясню… — как можно мягче заверил я, а сам пулей выскочил из подъезда.
Оббежал дом и подскочил к Мухтару. Отвязал поводок.
— Ты видел пацана? Сейчас выпрыгнул из этого окошка? — тыкал я пальцем в распахнутую створку, будто пёс меня мог понимать. — Ищи его, ищи! Нюхай!
