В один из сказочных предновогодних дней в центре Москвы молодой человек по имени Макс повстречал свою Золушку, которая быстро исчезла, оставив вместо хрустальной туфельки… подошву от старого ботинка. Почувствовав себя полноценным принцем, Макс привлекает к поиску незнакомки все интернет-ресурсы. Но он не знает, что у девушки его мечты нет компьютера… Судьба дает шанс – они встречаются на новогоднем конкурсе «Начальник года», прыгая в мешках вокруг елки. А вот удастся ли им шансом воспользоваться – читайте в этой книге!
Катя стояла одной ногой по щиколотку в ледяной луже и чувствовала, как вся ступня стремительно намокает. Другую ногу Катя держала на весу, примериваясь к контурам ледяных берегов и все еще надеясь как-нибудь из этой лужи выпрыгнуть. Мешали сумки, которыми была обвешана Катя, – очень хотелось раскрутить их, кинуть за пределы лужи, а потом перепрыгнуть самой. Но вокруг громоздились грязно-серые кучки ледяной каши, и кидать в эту кашу сумки было никак нельзя. Катя еще постояла, балансируя, наконец, решилась и все-таки прыгнула – раз и два. Ай! Босой ступней на льдинку! Нет, почему босой? Катя подняла ногу, чтобы разглядеть подметку, и не увидела никакой подметки. Крепко зашнурованная верхняя часть ботинка надежно держалась на щиколотке, а нижней части не было вообще. Вместо подошвы был мокрый носок в веселенькую полоску.
– Добрый Боженька, скажи, что это мне померещилось, – произнесла вслух Катя. Посмотрела на грязную воду. Потом на свою ногу. Подошва, конечно, осталась где-то там – в недрах этой ужасной лужи. А Катя осталась наполовину босой. Мокрый носок в веселенькую полосочку не в счет. Ботинок этот давно просил каши, надо было раньше починить его. «О господи, а как же я теперь? – с ужасом подумала Катя, – босиком до конца зимы?» Зима еще только начиналась. А ботинки уже закончились и новые могли образоваться только чудом. Жалко только, что чудес такого рода Катя пока в своей жизни не видела.
«А сейчас-то я как пойду к заказчику? – испугалась еще больше она. – В одном ботинке?» На секунду ей показалось, что наступил конец света, потому что первого в своей жизни заказчика она боялась уже месяц и к сегодняшней встрече готовилась столько же. Отменить сейчас эту встречу и назначить другую она была бы уже не в силах. Да и кто бы стал с ней, с Катей, назначать вторую встречу, если она не явилась на первую?
Из-под края тяжелой, как ватное одеяло, тучи выбралось как-то боком бледное зимнее солнце и бросило вниз пригоршню лучей. Лучики были слабенькие, самые завалящие, которых на такой промозглый декабрьский день солнцу было не жалко. Но этого слабого проблеска Кате хватило, чтобы начать мыслить позитивно. Разве кто-нибудь видит, что у нее ботинок без подошвы? Никто. И заказчик не увидит! Главное, туда как-нибудь докандылять. От слова «кандылять» сразу запахло теплом и бабушкой. Катя улыбнулась и покандыляла.
Заказчик, к счастью, жил совсем близко – то есть не от Катиного дома близко, а от лужи, в которой Катя оставила свою подметку. Прошлепав босой ногой всего сотню метров (хотя для босой ноги сотня метров по ледяной крошке – это, конечно, немало), Катя уже звонила в домофон. В подъезде ей было уже хорошо, а дома у заказчика – просто прекрасно! «Теплые полы – это гениальное изобретение человечества», – решила Катя, хотя раньше думала по-другому.
Заказчик был, как и ожидала Катя, барственно красив и – совершенно против ее ожиданий – безукоризненно вежлив. А еще высок и темноволос. И глаза у него были голубые. Ужас какой-то. Катя сразу же забыла о мокрой ноге и вспомнила, как она его боялась – просто до обморока.
– Пойдемте сразу в библиотеку, – предложил он.
– Да, да, конечно, – быстро согласилась Катя.
Заказчик повернулся и пошел куда-то. «По анфиладам», – вспомнила Катя еще одно слово и поплелась следом. Ни пальто, ни ботинки никто не предложил ей снять в прихожей, и вообще было как-то непохоже, чтобы кто-нибудь возле входных дверей раздевался или разувался. Ну и ничего, решила Катя, главное – чтобы не было слышно, как один мой ботинок поскрипывает, а другой – похлюпывает. Один ее ботинок – условно целый – оставлял рифленый отпечаток, а другой – нет. Вместо него просто, как след Пятницы, увиденный Робинзоном Крузо, красовался отчетливый рисунок стопы.
На светлом паркете был особенно четко виден отпечаток ноги и всех пяти пальцев.
«Пришел ко мне человек в одном ботинке, оставил здесь, как Пятница, следы и ушел», – так будет про нее рассказывать этот барственный заказчик своим друзьям. А до того еще придется пройти унизительную процедуру выдворения из этого дома, где у порога не дают пушистых тапочек вместо мокрых ботинок. Нет, надо было срочно спасать положение. «Он ведь ни за что не оглянется на меня, а поэтому мой след от мокрой босой ноги (в веселом полосатом носочке, но ведь его будет не видно!) заказчик сможет заметить только тогда, когда пойдет обратно, значит, все еще можно исправить».
– Гм, – громко сказала осмелевшая Катя, – я бы хотела… то есть мне надо помыть руки. Перед тем как работать с книгами, – под конец своей реплики ей удалось даже изобразить легкую укоризну в голосе: дескать, как же это вы не знаете, что со старинными книгами можно работать только чистыми руками?
– Да-да, конечно, – спохватился заказчик, – ванная рядом с прихожей. Вам придется немного вернуться.
