– Во! С этого надо было и начинать! – радостно улыбнулся «Манчестер Юнайтед». – Пиши меня первым!
– Не торопись! – одернул его за рукав «Троцкий». И, с вызовом глянув на квестеров через стеклышки очков, вскинул свою жиденькую бороденку. – Сто граммов! И считайте, что договорились!
Орсон покачал головой.
– Пятьдесят. И, если желающих нет…
– Пиши меня! – как на выборах, вскинул руку беззубый.
– И меня тоже, – как сломанная губная гармошка, просипел совсем уже старый, сгорбленный, опирающийся на палку старик.
– Я был первым! – рявкнул «Манчестер Юнайтед». – Остальные – в очередь!
– Ну, пожалуй, тогда и я схожу, – как бы с неохотой согласился «Троцкий».
– Спасибо! – показал ему ладонь Орсон. – Троих вполне достаточно! – «Троцкий» прищурился и злобно сверкнул на биолога глазами. – Хотя, уважаемая! – Орсон сделал приветственный жест рукой женщине с платком. – Если вы не против…
– А чем я хуже мужиков! – Женщина расплылась в довольной улыбке и плотнее стянула концы платка на груди.
– Виктор, – обратился Орсон к Осипову. – Тогда мы с Яном вернемся в библиотеку и займемся анализами, – он поставил чемоданчик на согнутую коленку, чуть приоткрыл его, достал пластиковый флакон с анализом воды из колодца и сунул его в нагрудный карман. – А ты возьми на анализ воду из двух других колодцев. Ты ведь знаешь, как это делается? – Осипов утвердительно кивнул. – Еще возьми образцы продуктов питания, желательно из нескольких разных домов. Как привезенные, так и те, что они здесь сами выращивают. Ну и вообще, бери образцы всего, что сочтешь нужным. Или, что покажется подозрительным, – он протянул Осипову чемоданчик. – К тому времени, как вы вернетесь, у нас уже будут результаты по крови и воде из первого колодца.
Камохин жестом подозвал Брейгеля. И, когда тот подошел, тихо шепнул на ухо:
– Только не устраивайте там пьянку.
– По-моему, это вообще была плохая идея – спаивать местных, – так же тихо ответил Брейгель. – У них и без того с головами не все в порядке.
– Ты тоже это заметил?
– Я же не слепой.
– Ладно. – Камохин хлопнул Брейгеля по плечу. – Присмотри там за Доком.
– Само собой. Вы тоже не задерживайтесь. Возвращайтесь до темна. А то…
– А то – что?
– Ты веришь в историю про зомби?
Камохин молча пожал плечами. Но, судя по выражению его лица, он считал зомби не самым большим злом, с которым они могли столкнуться в этой ненормальной деревне.
Несмотря на то, что Орсон еще раз заверил собравшихся, что четырех человек, готовых сдать кровь на анализ, ему будет достаточно, большинство местных последовали за ним. В надежде, что доктор передумает и возьмет кровь у всех. Расплатившись за нее обещанным спиртом. Может быть, у тех, кто успел первыми записаться на анализ, кровь окажется какая-нибудь не такая. Не качественная. Или для медицинского анализа непригодная. Да мало ли что может быть! А поскольку делать-то все равно было нечего, они все и отправились к донорскому пункту, временно расположившемуся в библиотеке, разгромленной увлекающимися конспирологией братьями Чибыкиными. При Осипове с Камохиным остались только Павел и «Троцкий». Первый, должно быть, понимал, что ему более спирта не перепадет. Он и так получил свою норму сполна, поболе, чем другие. Второй же был обижен на Орсона. А кроме того, будучи похитрее других, подумал, что, ежели остаться с гостями, решившими продолжить осмотр деревни, так, глядишь, и подвернется случай получить то, что упустил с доктором.
Странно было идти по проселочной дороге, на которую не выбегали с лаем псы. Деревня казалась нарисованной на большом бумажном листе. Художником, который пожалел красок, а потому изобразил все в серых, скучных тонах. Снова начавший накрапывать мелкий, противный дождик только усугублял эффект акварельной размытости. Казалось, проведи перед собой раскрытой ладонью, и картинка смажется, потечет. А на руке останутся пятна серой краски.
Примерно в середине деревни, по правую руку от дороги, между сенным сараем и маленьким прудом располагался второй колодец. Почти в точности такой же, как и первый. Разве что только вода в нем стояла повыше.
«Троцкий» расположился чуть в сторонке и с подозрением следил за тем, как Осипов берет пробу воды из колодца.
– Меня, между прочим, Геннадием зовут, – представился «Троцкий», когда они снова вышли на дорогу.
– Очень приятно, – мельком улыбнулся Осипов.
– Ежели вам нужна помощь…
– Какая?
– Да какая угодно. Вещи могу поднести… Или посторожить, если нужно…
– От кого сторожить-то?
– Да мало ли от кого… Я, конечно, про наших, деревенских, ничего плохого сказать не хочу… Однако ж за всех, кто по округе шляется, ручаться не могу…
– Это ты о ком? – Камохин вспомнил про пулю, щелкнувшую по стеклу машины, когда они подъезжали к деревне.
– Да мало ли… – весьма неопределенно и даже в какой-то степени загадочно ответил Геннадий.
– О мертвяках, – уточнил Павел.
– Насчет мертвяков – не знаю, – Геннадий натянуто усмехнулся. – Но людишки всякие странные ошиваются.
– А как же кордон?
