— Их восприимчивость к дереву, например, — сказал он, загибая палец, — позволяет мгновенно вывести Воскрешённых из строя, если попасть в сердце. Другое заклятье позволяет им охотиться только в полнолуние. Они больше не могут входить в дом без приглашения, что удерживает их снаружи и защищает людей внутри. Они не могут удерживать под контролем других сверхъестественных, это не дает им получить безграничную власть, управляя, например, анакимами. Всё это помогало справиться с ними, даже взять над ними вверх, хотя, определенно, и не решило проблему.
Конечно же не решило.
— И что же они делали?
— Они не сдавались, — кивнул он. — И хоть, в конце концов, им удалось избавиться от большинства Первых, к сожалению, к этому времени стало слишком поздно. Круги уже разошлись. Воскрешённые успели заразить сотни других, и эти заражённые были уже чем-то иным, чем-то, что было невосприимчиво к магии, которое породило их Создателей.
Он покачал головой, будто был каким-то образом ответственен за это.
— Так появился новый вид, который оказался на вершине нашей пищевой цепи, и, к сожалению, ни Заклинатели, ни их магия не могли с этим справиться. Что сделано, то сделано, и историю не изменишь. Римская империя, в конечном счёте, победила, а Децебал не смог жить с тем, что сотворил, и вскоре покончил с собой.
— И это всё? — резко и недоверчиво спросила я. — Все просто разошлись и ничего не сделали? Позволили вампирам спокойно размножаться? — Я не могла справиться с гневом. В этом было очень много личного.
— Конечно же нет, — ответил он, глядя в окно на то, как мы проезжали через ворота поместья Блэкберн. — У всего в мире есть обратная сторона, Джемма, и зло не исключение. Чего не может создать природа, создаем мы.
— Окей, и… что это означает? — спросила я, поднимая рюкзак с пола машины в ожидании, когда же он пояснит своё загадочное высказывание.
— Это означает, моя дорогая, что падшие ангелы были не единственными, кто покинул небеса.
Я плюхнулась в кожаное кресло перед дядиным столом, когда он вернул книгу на её законное место и повернулся ко мне с другой книгой в руках, переворачивая страницу за страницей с величайшей осторожностью. Книга выглядела в точности как та, что я недавно позаимствовала: в таком же кожаном переплёте, с такими же позолоченными буквами, несомненно, из той же коллекции.
— Что это? — спросила я, прерывая тишину одновременно с раскатом грома, прогремевшим снаружи.
Комната была тёмной, холодной, хранящей угрюмую атмосферу тайн, здесь обитающих. От этого стало неуютно. Я могла уже никогда не выбраться из зазеркалья, сколько бы я здесь ни увидела и ни услышала.
— Силы[6], — сказал он, усаживаясь на край стола, — это ангелы-воители из Второй Сферы, которые охраняют границу между Небесами и Адом. В отличие от ангелов[7] более низкого ранга, которые занимаются нашей повседневной жизнью, ангелы-воители — одна из высших небесных каст, отвечающие за контроль над землёй в целом и защиту её от сверхъестественного зла.
Я кивнула, вытянув шею, чтобы рассмотреть название книги. Золото странно отсвечивало, оттеняя текст, и я не могла разобрать буквы.
— Широко известно, что никто из ангелов-воителей никогда не покидал рая, — объяснил он с заметной гордостью. — И многие записи говорят, что это недалеко от истины. Нам, однако, известно иное. Мы знаем, что именно их несгибаемая преданность и верность клятве защищать это мир заставили их сделать то, что они сделали. Чтобы исправить ошибки заклинателей и остановить убийства, творимые воскрешёнными, ангелы-воители принесли беспрецедентную жертву.
Он приподнял бровь, предлагая мне ответить, словно я была обязана это знать.
Увы.
— Они… убили себя? — спросила я, растягивая слова. Нет, в этом же нет смысла. Как бы это помогло?
— Нет, Джемма, они Пали, — сказал он, кивая в такт словам. — Пожертвовали своим местом в Раю, и пали на Землю, чтобы начать род потомков воителей, которые будут достаточно сильны, чтобы противостоять воскрешённым и убить их, и быть достаточно преданными, чтобы посвятить этому жизнь, — объяснил он, взгляд его тёмных глаз был острым и рассудительным. — Именно благодаря благословенному союзу падшего ангела-воителя и человека и родился на Земле первый воин, породив наследие, какого ещё не было. Наследие, которое веками защищалось секретным орденом анакимов.
Он закрыл книгу и положил её рядом с собой на стол.
— Этот орден известен как Орден Розы, и, благодаря их тяжкому труду, Воины продолжают рождаться по всему миру, некоторые из рода, которому тысячи лет — священного рода Воинов, которых серьёзно охраняют и тренируют, чтобы гарантировать продолжение рода. Поэтому борьба против зла продолжается, — сказал он, покачав рукой. — Поэтому воины, как и раньше, появляются на свет и следуют своей судьбе.
Его глаза сузились, а голос стал мягче.
— И ты, моя дорогая Джемма, из этого рода.
Моя нижняя губа отвисла и задрожала, пока я пыталась что-то сказать — хоть слово.
— Прости, что?
Он наклонился и положил твердую руку мне на плечо.
