— За новый альянс! — уста колдуна тронула загадочная улыбка. — Ты выбрала правильную сторону…
Лайла молча следовала за некромантом по коридору первого этажа, искоса посматривая на проплывавшие по сторонам закрытые двери, которых она уже насчитала не меньше десяти. Вдруг Леонардо оглянулся:
— Рекреацию пламенной магии следует начать с живительного эликсира. Потребуется сварить парочку младенцев…
Не сводя с колдуна строгого взора, вампирша замедлила шаг и остановилась.
— Серьёзно? — усмехнулся некромант, подходя к тяжёлой, железной двери. — Неужели ты и правда принимаешь меня за бессердечного зверя?
— Сказал тот, кто в угоду личным амбициям ставит над миром безумные эксперименты.
— Снова осуждения… Если ты не научишься мне доверять, у нас ничего не получится, — распахнув дверь, Леонардо указал ладонью на уходящие во мглу каменные ступени. — Прошу.
Лайла подошла к лестнице, откуда тянуло резкими запахами алхимических реагентов.
— Обычно доверие нужно заслужить… — заметила она и начала спускаться.
— Я спас тебя, исцелил, предложил воскресить любимого, — изрёк оставшийся на месте колдун. — И это не считая того, что изначально избавил от участи стать горсткой праха. Но, по всей видимости, ты не знаешь ни меры, ни слов благодарности.
— Ты руководствуешься лишь эгоизмом… — сойдя на выстланный мраморной плиткой пол, Лайла обернулась. — А это отнюдь не добродетель, — её взгляд застыл в пустующем наверху дверном проёме.
— Тебе ли упрекать меня? — раздался голос совсем близко, и вампирша обнаружила стоявшего рядом некроманта.
Он направился к каменному пьедесталу, освещённому двумя канделябрами, а Лайла, признав знакомое помещение, невольно тронула пальцами дырки на корсете. Алхимическая лаборатория. Кругом высились деревянные шкафы, сквозь стеклянные дверцы которых блестело множество разноцветных колб и банок с непривлекательным содержимым: даже отсюда в крайней из них различались плавающие в слизи глаза. Когда один из них моргнул, в голове мелькнула мысль о поспешности принятого решения, но осознание недавней безысходности всё расставило на свои места.
— И как ты собираешься возрождать во мне магию? — вампирша приблизилась к Леонардо, что держал над свечой гранёную склянку с синей жидкостью.
— Твой вампиризм аномален, — не отрываясь от дела, сообщил тот. — Иммунитет к солнечному свету, возможность сопротивляться контролю разума, огненные чары, биение сердца. Каким-то образом ты балансируешь между жизнью и смертью. Да, сейчас большинство отклонений утрачено, однако девиантность до сих пор выдают зелёные глаза. Вампиры способны деформировать зрачок, но радужка бывает исключительно красной и никогда не лишается свечения, хоть оно и варьируется ими в зависимости от ситуации. Конечно, с тусклым свечением меркнут преимущества тёмного дара. Только и это можно обратить в пользу. К примеру, для того, чтобы затеряться среди людей… — колдун отнёс склянку от пламени, наблюдая, как над синим содержимым поднимается жёлтая пена. — Если мои догадки верны, то ключ ко всему лежит в твоём сердце: заставим же его биться.
Лайла вздрогнула от того, что её плечо вдруг стиснули острые когти: на него приземлился возникший из ниоткуда ворон. Чуткий слух не уловил ни единого звука, свойственного летящей птице! Скорее всего, это был ворон, ранее сопровождавший её. Слишком уж крупный, с осмысленным взглядом и пугающей нахрапистостью.
— А, Иори… — посмотрел на пернатого прислужника Леонардо. — Ты как раз вовремя. Мне нужен шприц с вольфрамовой иглой и уксусный концентрат на случай, если королева решит «вздремнуть».
Птица шумно перепорхнула на стоявший в углу комод и, поддев клювом латунную ручку, выдвинула верхний ящик. Пока она гремела лежащими в нём предметами, некромант указал на высокий, прямоугольный пьедестал:
— Прошу…
Нехотя расположившись на холодном камне, вампирша почувствовала себя возложенной на алтарь жертвой.
— Почему ты называешь меня королевой? — созерцая мерцание пламени на потолке, задала она давно мучивший её вопрос.
— Видимо, ты ещё не знаешь…
— Не знаю чего? — насторожилась девушка.
— Сравнительно недавно трон Эльтарона захватил жестокий диктатор. Пусть твой род и правил несколько веков назад, ты последняя законная наследница королевского престола. Все остальные мертвы, — с нескрываемым безразличием ответил колдун.
— Ты, верно, шутишь… — приподнявшись на локтях, Лайла всматривалась в серьёзное лицо некроманта в надежде увидеть хоть тень ухмылки, но тщетно: правда была такой же острой, как его нос. — Нет… — потерянно прошептала она и отвела взор в сторону. — Построенное великими монархами государство досталось узурпатору. Не для того мой отец объединял… — внезапно замолчав, вампирша воссияла озарением. — Точно… Я же смогу воскресить и его!
На плечо Леонардо уселся ворон, державший в клюве шприц, а в когтистой лапе — прозрачный флакончик.
