Начало опричнины полностью

¹²³² Кн. Е. Стародубская наследовала вотчину после смерти мужа кн. С.И. Льяловского-Стародубского. Известны его службы в 1543–1554 гг. (см. Родословная книга, ч. II. С. 62; Разряды, лл. 149, 162 об, 207 об). В 60-х гг. вдова постриглась в Симонове монастыре, которому «написала в-ызустной своей», т. е. завещала, мужнину вотчину сельцо Кувезино с 17 деревнями (см. Исторический архив, кн. III, № 33. С. 232). Казна наложила руку на княжескую вотчину. В царском завещании значится: «село Сороки, да село Куве(зи)но, что было княгини Афросиньи княж Семеновы Стародубского» (ДДГ. С. 435).

¹²³³ Кн. М. Стародубская была вдовой кн. А.И. Льяловского-Стародубского. Перед смертью (около 1556–1557 г.) князь завещал поделить вотчину село Пантелеевское на две половины: одну – жене «до ее живота», а другую – в Троице-Сергиев монастырь (см. С.В. Рождественский. Служилое землевладение. С. 173–174). Оба распоряжения, видимо, были аннулированы казной. В царской духовной поименовано «село Пантелеево, что было княгини Марьи княж Андреевы Стародубского» (ДДГ. С. 435).

¹²³⁴ Княгини Марья и Федосья Семеновны Мезецкие получили от отца в приданое село Лучкино с 15 деревнями и починками (см. Л.М. Савелов. Князья Пожарские. С. 40–45). Передача вотчин в приданое была полностью воспрещена по Уложению 1562 года. В казенном перечне царского завещания находим: «село Лучки с деревнями, что было княгини Марьи княж Петровы Пожарского да княгини Федосьи князь Семеновых дочер(е)и Мезецкого» (см. ДДГ. С. 435). В изданном завещании текст испорчен: «Марьи княж Петровы… да княгини Федосьи». На самом деле именно княгиня Федосья была женой кн. П.Б. Пожарского. Она владела селом Дмитриевским, купленным отцом ее мужа князем Б.Ф. Долгим (см. Л.М. Савелов. Князья Пожарские. С. 15). После смерти П.Б. Пожарского Федосья и ее дети лишились мужниной вотчины, поименованной в царском завещании: «село Дмитриевское, что было княгини Федосьи Пожарской с детми» (ДДГ. С. 435).

¹²³⁵ Князь С.Д. Палецкий с братьями Василием, Федором, Андреем и Борисом наследовали после смерти отца боярина князя Д.Ф. Палецкого крупнейшую вотчину село Палех. Старший из братьев был видным воеводой, младшие только начали карьеру. Под Улой в 1564 г. князья С.Д. и Ф.Д. Палецкие погибли (см. ПСРЛ. Т. XIII. С. 377). Незадолго до того вдова удельного князя Ю. Углицкого Ульяна, приходившаяся родной сестрой С.Д. Палецкому, удалилась в монастырь. Порвались узы, связывавшие Палецких с царской семьей. По-видимому, после гибели С.Д. Палецкого казна наложила руку на его вотчину. В царском завещании записано «село Палех, что было княж Дмитриевых детей Палецкаго» (ДДГ. С. 435). Родовая вотчина никогда не была возвращена младшим сыновьям Палецкого. В.Д. Палецкий погиб под Копием в 1567 г. (см. Псковские летописи, Ф. II. С. 249). А.Д. Палецкий начал службу в период опричнины и сделал блестящую военную карьеру в 70-х гг. Но ему не удалось вернуть себе стародубские земли. Состав земельных владений младших Палецких хорошо известен: по духовной грамоте князь Андрей завещал свои вотчины (более 3300 четвертей пашни в Костроме, Бежецке и т. д.) брату Борису. Царь утвердил завещание с одной оговоркой. Борис получил вотчину брата только в пожизненное владение до своего «живота»: «а умрет или пострижется, ино по нем дати за те села, в монастыри по нашему уложению деньги, а те села взяти на меня, царя и великого князя» (ААЭ. Т. I, № 304. С. 368–370). Так, несмотря на родство с царской семьей, Палецкие навсегда утратили старинные владения в Стародубе.

¹²³⁶ В «казенном перечне» фигурируют следующие земельные имущества боярской семьи Ромодановских: «село Серицы, да село Татарово, что было князь Петра Шарапова (Шарапа. – Р.С.) Ромадановского;…да село Хряпово, да село Мицыно, что было князь Федора Ромодановского; да село Яблонцы, что было князь Михаила Ромодановского;…да половина села Рамадонова, что было князь Ивана Рамодановского» (ДДГ. С. 434–435). Первым с списке назван П.Б. Шарап Ромодановский. Известно, что он кончил жизнь в литовском плену, вследствие чего его имущество, видимо, и попало в казну (см. Родословная книга. Т. II. С. 72–76). Старшим братом Шарапа был известный воевода и боярин князь Ф.Б. Ромодановский. Его имущество, возможно, перешло в казну после смерти его в 1555 году. Младшими братьями боярина были князья Михаил и Иван. Возможно, что их-то и следует отождествить с лицами, упомянутыми в завещании. В тот период аналогичные имена носили еще несколько представителей рода Ромодановских, но все они служили не в Стародубе, а в других уездах, где и располагались их основные владения. Так, И.М. Козлоков-Ромодановский записан в списки дворян Московского уезда (ТКТД. С. 125). Семья Козлоковых благополучно избежала опал Грозного. Из других Ромодановских в Дворовой тетради 50-х гг. записаны лишь И.Ф. Гнуса и двое его сыновей Никита и Константин. Все трое служили в Бежецком Верхе.