В данном сборнике представлены миниатюры, которые писались в порыве безудержных эмоций. Это были мои первые пробы пера…
Середина лета. Палящее солнце медленно встает на востоке. Коренастый мужчина сидит в своем кресле на веранде, не спеша потягивая прохладный, как первый осенний дождь скотч. В небе кружат стервятники, выискивая очередную жертву долгой засухи. Соленая капля медленно стекает по острому носу и пропадает в складках кожаного жилета. В голове прокручивались события последних лет: апрельский кошмар, переезд, должность шерифа, поиски… Энрико до сих пор помнит тот день, как будто все это было вчера.
Они гуляют по берегу. Мягкий вечерний бриз ласкает лица. Ее каштановые волосы развиваются на ветру. Он улыбается. Вдалеке показалась небольшая группа людей. Они вооружены. Бандиты? Может быть. Элен предлагает уйти, пока не поздно, но Энрико не слышит ее слов: он ослеплен ее красотой, это и стало его роковой ошибкой.
Бандиты приблизились к ним, и на их лицах заиграла зверина ухмылка. Достав револьверы, они начали требовать денег, а также Элен. Энрико захотел было дать отпор, но меткий удар в челюсть отправил его в нокаут…
– Одноглазый Джек мое имя! Запомни этот день! Он станет днем твоего позора! – хриплый и грубый голос надолго запечатлелся в памяти у Энрико…
Вернувшись в реальный мир, шериф заметил на линии горизонта небольшое пятно, смутно напоминающую фигуру человека. Было видно, что ему тяжело бежать по раскаленной докрасна земле, однако он и не думал останавливаться.
– Помогите!.. Бандиты!.. Поезд! – различил Энрико среди шума пустыни.
Схватив револьверы, оправив шпагу, он мигом вскочил на гнедого коня, пришпорил и помчался в сторону солнца. Значок шерифа отливал золотом на его широкой груди. Сухой спертый воздух рвал легкие, а порывистый ветер хлестал лицо песчаной плетью.
Энрико достиг железной дороги в считанные минуты. На горизонте, из-за холма, выбежал поезд, выбрасывая клубы черного дыма. Поправив черные как смоль волосы, торчавшие из-под полей шляпы, он пустил коня по направлению поезда. Спустя пару секунд, когда адская машина настигла их, Энрико прыгнул. Его тугие пальцы быстро схватились за поручни, не давая хозяину умереть от падения.
Отдышавшись, шериф направился мягкой поступью в вагон. Сквозь рев мотора он различил мольбы и крики женщин и детей. Перед глазами всплыла картина давно прошедшего ужаса: Он лежал в пыли и ловил ртом воздух, истекая кровью, а в ушах эхом отдавались Ее слова «Помоги, Энрико!».
Прогнав прочь едкие воспоминания, он, взведя револьверы, вошел в грузовой вагон. Медленно шагая, сосредоточенный на опасности Энрико проходил вагон за вагоном, тихо скрепя шпорами. Его занесло вправо.«Значит город уже близко…» промелькнула как молния мысль. Голоса становились все громче и четче. Дверь в пассажирский вагон была приоткрыта. Затаив дыхание, он слегка толкнул дверь.
Спиной к нему стояли двое: невысокие мужчины, в руках пистолеты, на поясах кинжалы. Не дыша, стреляя глазами по пассажирам, шериф подкрался к бандитам и остался незамеченным. Обхватив рукоятку холодного клинка, Энрико рывком вогнал вострую сталь между ребер одному из бандитов, прервав поток его угроз. Кипящая кровь ручьем хлынула из разорванной плоти, украшая всё вокруг оттенками красного. Второй опомнился слишком поздно: окровавленное лезвие пробежало по его тонкой вспотевшей шее, вскрывая ткань и кожу. Багровая пена появилась на губах ублюдка. Схватившись за горло, он резко осел на пол, издавая хрипящие звуки.
Жестом свободной руки, Энрико приказал заложникам идти в конец поезда. Но на шум возни пришли остальные. Началась перестрелка. Шериф укрылся за сиденьями. Пули со свистом разрывали воздух вокруг стрелков. Весь вагон наполнился горячим дымом пороха, кусающим глаза и нос. Сквозь звуки пальбы слышались стоны и крики раненых, молящих о пощаде.
Потеряв, счёт времени, никто не заметил, как поезд въехал в сырой и тёмный туннель. Воспользовавшись вражеской задержкой, шериф, перескочив сиденья, проткнул шпагой бандитское сердце. На стон партнёра выстрелом откликнулся его напарник. Пуля прошла в паре миллиметров от головы Энрико, заставив последнего рывком пригнуться и выстрелить наугад в темноту. Удача оказалась на его стороне: бандит резко умолк, и раздался звук падающего тела. Яркий дневной свет ослепил Энрико. Перед ним на полу лежало 4 мёртвых: 3 бандита и 1 пленный, которым пользовались как живым щитом.
Добравшись до последнего вагона и зайдя в кабину машиниста, сердце шерифа бешено заколотилось. Тот самый подлец, герой его кошмаров, Одноглазый Джек стоял напротив него, с силой прижимая к себе Элен…
– Смотри-ка! Твой дружок опять объявился!
– Отпусти ее, Джек! – проглотив ком в горле, воскликнул Энрико.
– А ты возмужал с нашей последней встречи. Надел значок шерифа… Зачем? Думаешь, он сделает тебя Кем-то? Пф! Как ты был ничтожеством, так им и остался!
– Кем я был и кем стал не имеет никакого значения! Главное – я наконец-то нашёл тебя! Сегодня ты узнаешь, что такое боль!
Громогласный смех прокатился по всему вагону.
– Хочешь разобраться по-мужски? Это легко устроить!
