«Болгары, – говорит Шафарик, – приносили людей и зверей в жертву богам». Да какой же народ, находившийся на степени варварства, этого не делал? Известно, что жертвоприношения, и даже человеческие, были в обычае у руссов еще во второй половине X века. В числе некоторых языческих обрядов у болгар было рассечение собак на части. Но и руссы делали то же самое, судя по известию Ибн Фадлана. Болгарские судьи пытали воров и разбойников батогами и железными крючьями. Но пытки, и самые варварские, существовали у народов более образованных. Какие же это доказательства турецкого или финского племени?
Продолжим выписку доводов, приводимых Шафариком в пользу неславянского происхождения: «Раннее укоренение магометанства между подунайскими булгарами, следы коего, по словам папы Николая, можно было видеть у них даже и по обращении в христианскую веру (860–866), особенно многоженство, принятие святыни распоясавшись, покровение головы турбаном в храме, суеверное убиение животных, сарацинския книги» и т. п. Вероятно, дунайские булгары, и по утверждении своем в Мизии, продолжали прежние дружеские сношения с братьями своими, оставшимися на Волге, от коих, без сомнения, еще в VIII веке приняли первые начала магометанства, уступившего после место христианству» (с. 272). Мнение о магометанстве дунайских болгар, как мы видим, построено на весьма слабых основаниях. Эти основания заимствованы преимущественно из
Из всех вопросов болгарских только один имеет отношение к магометанству. «Что делать с нечестивыми книгами, которые мы получили от сарацин и имеем у себя?» – спрашивают болгары. «Непременно сжечь», – отвечает папа. Но что это за сарацинские книги и от кого они были получены, о том нет никаких дальнейших указаний. Неизвестно, были ли то чисто мусульманские книги или принадлежали какой-либо восточной секте, предшественнице болгарского богумильства. Предмет тем более темный, что о мусульманской пропаганде тут совсем не упоминается. В заключение своих вопросов болгары умоляют дать им чистую и совершенную христианскую веру, «ибо, – говорят они, – в землю нашу пришли из разных мест многие проповедники, как-то греки, армяне и другие, которые учат нас различно». Но если в Болгарию приходили проповедники из разных стран, то могла проникать и магометанская проповедь, особенно при помощи многочисленных славяно-болгарских колоний, которые поселились в Малой Азии в VII и VIII веках. Так, например, в царствование императора Константина Копронима в Болгарии произошли сильные междоусобия, во время которых была свергнута династия Аспаруха и поставлен князь (Телец) из другого рода. Вследствие этих междоусобий множество болгарских славян оставили свои земли и, с разрешения византийского императора, переселились в Малую Азию на реку Артану; число этих переселенцев будто бы превышало 200 000 человек (по известию Феофана). Следовательно, если бы и встретились действительно следы мусульманской пропаганды у дунайских болгар, то посредниками в этом случае могли явиться болгарские колонисты в Малой Азии.
