Родители у меня были интересными людями. Мать домохозяйка, а отец олигарх средней руки, поднявшийся в девяностые. В первую сотню богачей столицы входит, хотя и на предпоследнем месте. А вообще, когда мне шестнадцать исполнилось, мне купили квартиру, помогли закончить школу, устроили в институт и дальше сам, а сами занялись моей сестрёнкой двух лет. Про меня как будто забыли, даже на судебном процессе не присутствовали. С денежного подсоса меня скинули как в институт поступил. В студенческие годы приходилось даже вагоны разгружать, когда совсем денег не было. А вообще я стал вполне преуспевающим. Пусть год в академическом отпуске был, отдавал долг родине, и не думайте о патриотизме, прятался от очень злого отца второй бывшей жены. Служил в «ПВО». Старший оператор РС на радиотехнической батарее. У нас в дивизионе «С-300» были. В армию я ушёл до того как прошёл военную кафедру в институте, поэтому службу закончил сержантом, это уже к получению диплома получил офицерские лейтенантские погоны. Так как мозгами обделён я не был, то с сокурсником организовал фирму по ремонту компьютеров, потом перешли на программное обеспечение, пока не открыли свою фирму что писала эти программы. Работали мы по редкой направленности, программы для промышленного оборудования и станков. Даже пришлось два года в Париже прожить, я там филиал открывал, поэтому на французском говорю отлично, как и на английском. Его ещё в школе и институте учил, потом отшлифовал бывая в Англии по работе, и вот французский. Больше я языков до ареста и вынесения приговора не знал, кроме родного, матерного и английского технического. Это уже на зоне за пять лет отсидки со скуки ещё выучил японский, раз уж мне языки так легко давались, было у нас тут трое японцев, и немецкий язык. На зоне немало разного народу сидело, разных национальностей. За год до моей гибели сел за наркотики итальянец, он меня учил итальянскому и латинскому. Последний тот очень хорошо знал, отец языковед, а сам тот врач. Платил я хорошо, приработок к пайке, так что учили охотно. На итальянском я уже балакал вполне легко, хотя и с жутким акцентом, и письменный латинский неплохо изучил, но вот погиб.
Как я на зоне оказался? Да причина всё та же – женщины. Встретил одну, месяц гуляли, сексом занимались, в последнее время я повзрослел, к своим двадцати четырём, и предпочитал жить гражданским браком. В общем, та предложила жёсткий секс, с разорванной одёжей. Ролевую игру, но с работающим фотоаппаратом. Мне прикольно было, я согласился. А на следующий день арест и предъявление обвинения. Доказательства, справка из больницы с указанием травм, и те самые фото, где у той испуганный вид. Та была привязана к кровати. Моим оправданиям опера не поверили, как, впрочем, и судья-женщина. Адвокат мой попыхтел и сообщил, та готова забрать заявление за сорок тысяч евро. Для меня это не деньги, хотя особо достаток не афишировал. Заплатил через адвоката, в результате суд, и я покатил по этапу. Это потом на зоне мне уже объяснили все расклады. Тут кроме меня ещё трое таких же сидели. Приятно осознавать, что не я один лох. Тут всё просто. К жертве заранее своего адвоката подставляют. Я спас своего от троих гопников, отметилив их. Видел избивают кого-то в приличном костюме в подворотне, и никого вокруг как по заказу, подлетел и вломил. Сам я парень крепкий, в школе и в институте боксом увлекался, мастера не получил, но «КМС» честно заработал, так что удары клали гопников на грязные остатки асфальта. Окровавленный мужчина представился адвокатом, сунул визитку, пообещав, что он всё для меня сделает, и сделал. Упёк на зону. Правда, те трое лохов платить отказались, но я-то уплатил?! Правда вскрылась только через три года.
