Я рассказал ей о первой трансформации шайраса-мужчины, после чего тот официально считается взрослым и полностью отвечает за свои поступки и решения, а не его семья. И поведал о том, что мы нечасто прибегаем к столь тяжелому и болезненному процессу.
– Хотела бы я увидеть тебя с ногами, – мечтательно произнесла она.
– Тебе не нравится мой хвост? – хитро подмигнул ей я, в это время захватывая птичку в плен тем самым хвостом.
Она и глазом моргнуть не успела, как я притянул ее к себе и заключил в свои объятия. Птаха, пискнув, пыталась вырваться, но я крепко держал такую лакомую добычу.
– Знаешь, чего я хочу? Чтобы в каньоне ты обнаженная убегала от меня. А я буду тебя ловить. Гладкую, мокрую и очень соблазнительную, – шептал я ей то в ухо, то в губы, наблюдая, как румянцем покрываются ее щеки и шея.
Я знал, что моя птичка очень смелая. И несмотря на свое смущение, острым язычком обводила мои губы, клыки и ныряла внутрь, дразня.
– Тебя это заводит, шайрас? Мысль, что я убегаю от тебя? – шептала мне в губы она.
Дерзкая пичуга.
– Мы хищники, девочка, – рычал я ей в ответ. – Поймаю и буду любить, так долго, пока ты не попросишь пощады.
– Да вы маньяк, мистер Мар! – смеялась она. – И замашки у вас… маньячные.
Я не стал переубеждать ее в обратном.
– Скажи мне, Ссашшин, – уже серьезно спрашивала Аделин, удобно устроившись на мне.
Она доверчиво откинулась спиной на мою грудь, и мы полулежали в спальне, пользуясь мгновениями, когда от нас ничего никому не нужно.
– А в чем разница… того, что ты чувствуешь ко мне. С тем как это должно быть у вас шайрасов. Я запуталась и не очень понимаю…
Я вздохнул. Если бы я полностью понимал сам. То, как у нас происходило с птичкой, не укладывалось в существующие варианты. А может, это тоже норма?
– Когда шайрас встречает свою пару, все его инстинкты говорят о том, что это его женщина. Он знает, что ему не нужен никто другой. Не хочет никого больше. Только ее. И желает от нее потомство. Бывают случаи, когда шайрас и его женщина очень различные. У них разные ценности и цели, и кроме генетической предрасположенности нет ничего общего. Тогда пара распадается, исключения составляют договорные нерасторжимые соглашения, – пытался объяснить я Аделин. – Мы не отличаемся этим от людей. Но чувствуем ярче. Ведь мой запах и голос тоже привлекательны для тебя?
– Да. Так и есть.
– Я чувствую к тебе все то же самое, птаха. Мне не нужна другая женщина. Но ощущаю не столько носом, сколько сердцем и разумом. Ты будоражишь меня и своим ароматом, и голосом, хотя началось у нас все с другого.
– Но что, если ты встретишь ту, от запаха которой у тебя снесет голову? Или вспомнишь себя, и окажется, что ты женат? А если у тебя есть дети? – задавала птичка неудобные вопросы, но которые ее очень беспокоили.
Она сама до всего додумалась, или ее Морелли подтолкнул к подобным мыслям? Я начинал злиться.
– Аделин! Почему ты именно сейчас завела этот разговор? – Я развернул птичку к себе, чтобы смотреть ей в глаза. Мое хорошее настроение безнадежно испортилось.
– Я услышала, как Марзия болтала с горничными. Хотела заказать одежду в дорогу, но так и ушла ни с чем, – поникла птаха, опуская глаза.
В ней все же посеяли зерно сомнений.
А Марзию ждет другая работа. Я ее предупреждал.
Я приподнял голову Аделин, заставляя снова смотреть:
– Живи своим сердцем и умом, девочка. Среди людей и шайрасов хватит тех, кому будет поперек горла твое счастье и успех. Они будут говорить неприятные вещи, заставляя думать, вспоминать их, многократно прокручивать в голове. Поддаться и поверить им – значит вредить себе и сделать, как хотят они. Поняла, птичка?
Аделин неуверенно кивнула. Но я чувствовал: мы еще вернемся к данному обсуждению.
Особенность шайрасов находить себе партнера для жизни – оборачивалась против меня.
Несколько позже к нам пришел Морелли.
– Мариос заперт, Касим с Сидом были с ним около часа, составили первичный протокол.
Я видел, как переживает Леон. Загруженный делами с кухней и поимкой Сольвенти, он бодрился. Теперь же зримо поник.
– Ремонтные работы завершены? Ты определился кто будет готовить для вас?
– Сегодня все перемывают. С завтрашнего дня кухня готова функционировать в полном объеме. Будет готовить помощник Мариоса. Я разместил вакансии в сервисе, где мы обычно ищем сотрудников для луны. Как-нибудь справимся. Роберти и Линди прикажу кухню здесь разобрать и все перемыть. Капсулу вернем Лансею, крышку менять не станем, вдруг тебе еще пригодится. Я бы на твоем месте был осторожнее, – невесело хмыкнул Леон. – Новая уже в пути, на непредвиденный случай капсулы есть внизу, во втором лечебном блоке. Работникам фабрик и охотникам они нужны чаще, чем нам.
– Возмести средства из моего денежного обеспечения, Леон, – предложил ему я. Моя жизнь дороже капсулы.
– Брось, Ссашшин. Мы у тебя в долгу. В сравнении с другими расходами и сложностями, что нас ждут, капсула – ерунда. – Он напряженно посмотрел в окно и продолжил. – У меня есть новости по ожидаемым гостям. И Аль-Фахим дал знать, что мы нужны для расследования на Глизе.
