– Мне нужно вернуться на работу через час, – говорит Аттикус с диванчика. Он печатает на ноутбуке. Аттикус всегда двигается, совмещая несколько дел разом.
– Я весь день выполняю разные задания: еда, сухая уборка, продукты, – Сэйра вздыхает и ставит кастрюлю с водой на плиту.
– Ага, а я ввел данные на компьютере, – добавляет Пайлот, разворачивая бургер из «Байрона».
– Я исследовала художественные вешалки целых три часа, – говорю я всем. Потом бросаю взгляд на Пайлота, который сидит через два стула от меня у края стола. Он не встречается со мной взглядом.
– Вешалки? – пораженно спрашивает Бейб у стойки.
Я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на нее.
– Ага, мне действительно удалось посмотреть изнутри, как создают журнал. – Бейб смеется.
– Мы с Сэйрой решили, что пойдем в клуб в Сохо в эту пятницу. Хотите присоединиться, ребята? – спрашивает Аттикус.
– Я остаюсь дома на этих выходных, – отвечает Бейб.
– Что насчет тебя? – Сэйра указывает на меня деревянной ложкой.
Я не могу не бросить еще один взгляд на Пайлота. Почему он молчит? Он всегда хочет что-то делать. Прямо сейчас он сосредоточен на поедании своего бургера. «Он с нами не пойдет?» Я перевожу взгляд с Аттикуса на Сэйру.
– Пойду, – отвечаю я.
28.01.11–20:30
Дни второй и третий в «Вещи собрал! В путь!» прошли немного лучше, чем первый. Я искренне хочу учиться, поэтому вчера после 1,5 часа панических внутренних страданий я встала – со своего стула и всё такое – с планом. Я бродила по офису как нервничающий котенок и тихо спрашивала всех сотрудников, не хотят ли они чашку чая. Это привело к мини-разговорам.
Они начинались с чего-то вроде:
– Привет, как ты, милая?
А я произносила что-то гениальное типа:
– Привет! Не хотите чашку чая?
И они отвечали веселым «Да, пожалуйста!» или «Нет, спасибо!».
Я сделала две чашки чая. Одну для Донны и одну для Джэнет. Я очень нервничала, готовя первую кружку чая. То есть я же американка, а они британцы. По определению у них чайные стандарты выше. Но эта схема в чайном уголке была спасительным кругом. Я никогда не использовала столько сахарных кубиков раньше, и меня они очень веселят. Нужно делать сахарные звезды! И другие формы! Сахарные восьмиугольники!
В четверг все сотрудники приветствовали меня «Привет, Шейн!» или «Доброе утро, Шейн!», когда приходили на работу. Они знают мое имя. Я на один шаг ближе к тому, чтобы узнать, как все здесь работает. Я сделала чайный опрос в одиннадцать, а затем еще один в три, потому что примерно в это время мне начинает становиться сложно держать глаза открытыми за моим маленьком одиноким столиком-островком.
После утреннего чайного обхода Трейси дала мне задание, смутно связанное с компаний. Они заказали пять сотен холщовых сумок-шопперов с надписью «Вещи собрал! В путь!». Мне пришлось их всех просмотреть, отобрать те, где принт сделан правильно и те, на которых он слегка косил или где он «хилый», как говорят британцы. Я узнаю так много новых слов.
В конце третьего дня Донна («Айриш Брекфаст», один кубик сахара, побольше молока) готовилась к отъезду, и весь офис ожил. Они встали, обняли ее и пожелали хорошей поездки в Москву. Она поедет в командировку в поисках идей для «Вещи собрал!». Частью ее работы являются поездки в разные города, остановки в разных местах и изучение различных достопримечательностей.
Сегодня пятница, поэтому утром у меня были занятия, и я написала еще одну грустную открытку родителям, которую добавила в свою коллекцию. И, ох, прошло пять дней с тех пор, как мы с Пайлотом не разговариваем. Кажется, он избегает меня.
Я тусила на кухне каждый вечер после работы в «Вещи собрал!», чтобы поработать над различными письменными проектами (парижским постом для блога, а также попыткой определиться с общим сюжетом для романа о близнецах из приемной семьи в колледже, которые узнают, что один из профессоров – их биологический отец). Когда я захожу на кухню, если Пайлот уже там, ему внезапно нужно уйти. Если я уже там, а он приходит, он просто берет что-то из еды и снова уходит.
Бейб проводит много времени на кровати, просматривая различные версии «Золушки». Вчера я поймала ее за просмотром «Истории вечной любви», а этим утром она смотрела ту, что с Брэнди. Я пыталась заставить ее пересмотреть свое решение насчет сегодняшнего вечера, но она говорит, что все еще не готова к этому. Я готова. Сегодня вечером я перестану думать о Пайлоте.
Я гляжу на себя в зеркало в полный рост один последний раз и расправляю свою черную юбку с высокой талией. К ней я сегодня подобрала простой красный короткий топ и, вдохновленная Бейб, накрасила губы соответствующим оттенком рубинового. На Сойере, стоящем на столе у гигантского окна, на повторе играет новая песня Аврил Лавин «What the hell». Сэйра наносит последние штрихи своего макияжа. На ней свободное, кремового цвета платье, почти доходящее до колен, а также длинные сережки и сапоги с кремовыми каблуками.
