Над бездной. ФСБ против МИ-6 полностью

На этом месте Грачев отвлекся и подумал о том, что канцелярский стиль и бухгалтерская дотошность «Записки» выдает в ее авторе прошлое комсомольского инструктора районного масштаба, занимавшегося оргработой по проведению митингов, торжественных мероприятий, шефства над детскими садами и празднования очередной годовщины Владимира Ильича Ленина. А как же иначе? Отчет пойдет выше, на утверждение в Бюро горкома, ничего нельзя упустить. Но там он рисковал всего лишь карьерным ростом, а тут была игра, где ставки принимались на здоровье и саму жизнь.

Однако хладнокровие и даже ирония, скользящие в этом «Опусе», Грачеву понравились. Житников, наверное, и свои дела вел спокойно и продуманно, рассчитывая различные варианты и ходы. Это выдавало в нем натуру целеустремленную, взвешенную, разумную. А то, что он действительно был бывшим комсомольским работником, Грачев знал.

Житников Анатолий Львович, родился в 1950 году в поселке Конаково под Калининым в семье сельского механизатора и учительницы местной школы. После развода родителей жил и учился в школе-интернате. Учебное заведение окончил с «золотой медалью», особенно отличался в таких предметах, как математика, физика, химия. Отлично играл в шахматы, выступал за сборную Конакова на областном первенстве, добился мастерского звания. В армии не служил из-за плоскостопия. Полиглот, самостоятельно овладел двумя десятками языков.

Женился на москвичке, дочери высокопоставленного партийного чиновника, перебрался в столицу. Без протекции поступил в МГУ на физмат, был выбран секретарем комсомола курса, затем факультета. Вступил в КПСС. Дипломная работа была оформлена в диссертацию, носила на то время прорывной характер и проходила в закрытом режиме. Тема: «Многофункциональность и психофизиологические особенности саморазвивающихся игр».

С середины 70-х годов работал в Бауманском райкоме комсомола, в организационно-финансовом отделе. В это время его интересы разрывались между научной деятельностью и карьерной лестницей. Писал докторскую диссертацию, стал вторым секретарем Краснопресненского райкома комсомола по идеологии. После прихода к власти М.С. Горбачева и разрешения кооперативных предприятий целиком ушел в частный бизнес.

— А ведь мы вполне могли пересекаться в Бауманском райкоме комсомола, — произнес вдруг Грачев. — Я этот институт заканчивал, был секретарем комсомольской организации факультета, часто бывал в райкоме.

— Что-то не припомню. Извините. Столько лиц перед глазами проходило.

— Честно говоря, и я тоже. Ну да ладно.

Тут как раз секретарша принесла им на подносе заварной чайник и бутерброды с семгой, сыром и сырокопченой колбасой. Грачев поблагодарил ее и предложил прерваться, чтобы подкрепить силы. Житников не возражал. Напротив, был очень рад. Атмосфера в кабинете становилась все более свободной. Можно даже сказать, теплой. Несмотря на «кровопролитие».

А как вы познакомились с Падловым? — спросил Грачев. — Помните?

— Конечно. Это произошло в ноябре 1992 года, во время моей поездки в Таиланд к старинному другу и партнеру Владимиру Яновскому, гражданину Австралии. У него имелась собственная торговая фирма и две текстильные фабрики в Бангкоке. Там, в его офисе, я и познакомился с Константином Падловым и Алексеем Матвеевым, руководителями фирмы «Коллакс». А в результате нашего дальнейшего сотрудничества выяснилось, что тесть Падлова является одним из руководителей «Промстройбанка».

Житников помолчал, вспоминая и наливая вторую чашку чая.

— Продолжайте, Анатолий Львович.