Над осевшими могилами полностью

– Так вы не спросите, насколько мой профиль совпал с реальным хмырем?

– Насколько ваш профиль совпал с реальным хмырем?

– Во многом. Но я опять переоценил интеллектуальный уровень фигуранта. Мне виделся человек с высшим образованием. А тут недоумок, долбаный вахтер. Странно, что он не покончил с собой.

Каролина не знала, что на это ответить. Вновь повисло молчание.

– Вы не спросите, обеспокоен ли я этим фактом?

– Вы обеспокоены этим фактом?

– Хороший вопрос. Да, я обеспокоен. Меня тревожит, что как абстракция этот парень гораздо интереснее себя реального. И я задаюсь вопросом: чего я ищу? Видимо, мне нужно, чтобы эти ребята были страшные и… я не знаю… порочные. А этот просто сломленный.

– Вы с ним говорили?

– Да.

– Какой он? – Каролина сама удивилась, как тих ее голос.

– Долбаный псих, как все они, – тоже тихо ответил Блантон. – Обыкновенный. Чуть за сорок. Белый. Короткие темные волосы. Такой, знаете, непримечательный. Незапоминающийся. – Он вздохнул и звучно прихлебнул из стакана. – А как ваши дела, мисс Мейбри? Не прислать ли в Споу-кейн школьного директора, который поймает вам преступника?

– Не помешает, – сказала Каролина. – Хотя мы наконец-то заполучили аналитика.

– Это кого же?

– Макдэниэла.

– Невероятно.

– Но факт. Старший группы его пригласил.

– Макдэниэла? – Блантон словно ожил. Как в тот день, когда после осмотра утопленницы подвел Каролину к мысли, что Ленин Райан общается с ней. – Господи, он не составит даже собственный профиль.

– Чего вы с ним не поделили?

– В смысле? – после паузы спросил Блантон.

– Стоит вас упомянуть, как он буквально вылетает из комнаты.

Впервые Блантон не сразу нашелся с ответом:

– Я раньше ушел в отставку и застолбил все хорошие телепроекты. – Он помолчал и вдруг встревожился: – А что? Он что-то сказал про меня?

– Нет. Я просто сомневаюсь, будет ли от него хоть какой-то толк.

– Не будет. Макдэниэл типичный фрейдист. Через полгода он скажет, что у вашего парня было тяжелое детство.

Каролина улыбнулась:

– Да, он много говорит о том, что в школе убийца был изгоем, а семья его часто переезжала. Еще об издевательствах над животными и всяком таком.

– Он оказал бы неоценимую помощь, будь убийце девять лет.

Помолчали.

– Я спросил здешнего парня о той пятнадцатилетней девочке, – наконец сказал Блантон.

Каролина ждала.

– Говорит, такую не помнит.

– Врет?

– Не знаю. Он сам вызвался пройти проверку на детекторе лжи. Признался во всех остальных убийствах. Кроме этого. Кроме девочки.

– Кто-то подражал?

– Нет, это он. ДНК, отпечатки совпадают. Все совпадает. Наверное, он может себя оправдать за то, что убивал шлюх и наркоманок. Но, видимо, даже он не может представить, кем нужно быть, чтобы такое сотворить с пятнадцатилетней девочкой. – Блантон смолк, потом тихо добавил: – А почему я могу представить?

Каролина не ответила, и он заполнил тишину глубоким вздохом.

– Кстати, мы немного ошиблись с торговым центром, – сказал Блантон. – Возле его дома нет магазина с кондитерской. Такой есть около школы. Девочка училась в школе, где он работал сторожем. Видимо, поэтому и села в его машину.

– Вы были правы, что девочка выпадает из общего ряда. Вы сказали, его можно поймать на отклонении.

– Да? – Блантон опять вздохнул. – Я много чего говорю.

– Вам надо поспать, – сказала Каролина.

– Вам тоже, мисс Мейбри, – помолчав, ответил Блантон.

Отбой. Каролина посмотрела на часы: начало двенадцатого. Включила телевизор. В местных новостях сообщали, что обнаружено тело Паленого. Жестикулируя, репортер стоял на дороге, что шла вдоль Длинного озера. Каролина прибавила звук.

– …Следствие полагает, что это труп наркоторговца Кевина Хэтча, в апреле погибшего от рук Леонарда Райана, которого полиция разыскивает в связи с убийствами…

А почему я могу представить? Слова Блантона засели в мозгу. Едва их услышав, Каролина подумала о Паленом и вспомнила тот день в парке. Что же она не сказала Блантону, что нашли Паленого? Никто лучше Блантона не поймет ее метаний: поверить не может, что Паленый нашелся, не постигает смысла событий на мосту. Блантон понял бы ее поиски внятного различия между Кевинами Хэтчами и Ленин Райанами этого мира (по его выражению, между сломленными и порочными). Фундаментального различия между ними и ею.

А почему я могу представить?

Каролина закрыла глаза и вновь увидела, как Ленин Райан сбрасывает Паленого с моста. Что потом? Взгляд. Райан смотрел на нее… Как? Этот взгляд не давал покоя. Она думала, Райан сбросил Паленого, чтобы поставить ее перед выбором: спасать одного или брать другого. Но взгляд… Ведь были проще способы убежать. И если это отвлекающий маневр, почему Райан не убежал? Почему стоял и смотрел на нее?

Конечно, она могла сделать другой выбор. Пристрелить Райана. Такая мысль, бесспорно, мелькала.

Наверное, вот что было в его глазах – смесь злобы, вызова и покорности.