Маршрут полета от аэродрома до выхода в район восточного берега Рижского залива проходил в светлое время, над малонаселенной местностью. Здесь меньше всего следовало ожидать воздействия противника. К тому же малая высота, на которой мы шли (50-60 метров), гарантировала нас от радиолокационного обнаружения противником.
С выходом в Рижский залив погода улучшилась. Впереди справа светила полная луна, образуя на воде серебристую дорожку. Теперь летим в направлении Ирбенского пролива. Высота 800 метров. В данной обстановке она наиболее выгодно обеспечивала эффективность визуального поиска при лунном свете.
Стрелок-радист Иванов первым заметил цель. Я присмотрелся в указанном направлении. Да, впереди справа - транспорт.
- Вижу цель справа. Курсовой угол 70 градусов, дистанция пять километров, - доложил командиру.
Борзов быстро развернул самолет. Приняв решение атаковать с ходу, повел торпедоносец со снижением. Я в это время неотрывно наблюдал за движением транспорта. Определил его курс, скорость хода, ввел поправку в прицел, довернул самолет левее на пять градусов.
Командир передает в микрофон:
- Атакуем с дистанции 500 метров. Следи внимательно за высотой.
Через несколько секунд я передаю командирую
- Высота 40 метров. Дистанция 500.
- Залп!
Самолет вздрогнул. Сброшенная торпеда устремилась на транспорт.
Борзов резко набирает высоту и отворачивает вправо. При пролете вблизи транспорта я замечаю: на нем две палубы и две трубы со скосом на корму. И тут послышался взрыв. Он потряс воздух. Небо осветило багровое зарево.
- Тонет! Тонет!! - кричал Иванов.
Когда командир развернул самолет, чтобы зафиксировать результат удара, транспорта не было и в помине. Его поглотило море.
Мы донесли по радио о выполнении боевого задания и взяли курс на свою базу".
На командном пункте летчики и штурманы встретили экипаж многократно повторяемым вопросом:
- Так что, можно торпедировать корабли на лунной дорожке?
- Как видите, можно, - уверенно отвечал командир полка. И пояснял, что трудности есть и будут, но они преодолимы. Особую трудность представляет выход на высоту торпедного удара - 30-40 метров. Вода видится с этой высоты как сплошная чернота. Тут должен зорко глядеть весь экипаж и совместно решать сложную задачу.
Началась усиленная тренировка летных экипажей. Лучшие экипажи приступили к боевым крейсерским полетам в море в лунные ночи.
Лунный свет стал в почете у летного состава полка. Летчики заговорили, как поэты: "Когда летишь, тебя озаряет таинственное, серебристое сияние, и если луна чиста, не затуманена дымкой, облаками, ты чувствуешь ее величие, а себя недосягаемым".
В 1944 году гвардейцы полка во главе с И. И. Борзовым надежно овладели поиском и торпедированием кораблей и транспортов противника в море при лунном свете. Вместе с летным составом вновь сформированного 51-го минно-торпедного авиаполка они потопили торпедами и бомбами более 100 немецких транспортов и более десяти кораблей, точнее - 114 единиц.
Особо отличились в крейсерских полетах и торпедных ударах, наряду с И. И. Борзовым, А. В. Пресняков, Н. Д. Иванов, И. Г. Шаманов, М. В. Лорин, В. Т. Чванов, М. Ф. Шишков, И. Д. Бабанов, В. А. Меркулов, А. И. Рензаев, А. М. Гагиев, Р. С. Демидов, А. Д. Кошелев, П. Ф. Стрелецкий, Н. Ф. Афанасьев, Н. Д. Котов, А. Иванов.
Не обошлись и эти полеты без потерь. При выполнении боевых заданий погибли Герои Советского Союза гвардии капитан Николай Федорович Афанасьев и гвардии старший лейтенант Виктор Тимофеевич Чванов.
Мне часто видится образ Виктора Чванова. У него на родине в Брянске гитлеровцы повесили его мать и отца, а двух сестер угнали на каторгу в Германию. Виктор беспощадно мстил фашистским извергам. Недюжинной силой воли обладал этот прекрасный штурман. Однажды над Финским заливом самолет, в экипаже которого был Чванов, на встречном курсе вышел прямо на немецкий бомбардировщик Ю-88. Наша машина уступала "юнкерсу" и в скорости, и в маневренности, и в вооружении. Пилот, гвардии старший лейтенант Кудряшов, хотел было отвернуть от надвигавшегося вражеского бомбардировщика. Но твердо и властно прозвучал голос Чванова:
- Довернуть на фашиста. Если немец не отвернет, разить его тараном!
Фашистский летчик не выдержал, отвернул. Чванов и стрелок-радист нашего самолета всю мощь пулеметного огня обрушили на "юнкере", и он был сбит. В Балтийском море В. Т. Чванов в составе экипажа потопил шесть транспортов противника.