Лодка завелась и стала двигаться в сторону от спасателей. Все ясно, уходят с добычей. Залез на палубу, и организм переключился в режимы «Бой» и «Освобождение». Вот я хватаю ближайшего бандита и перебрасываю его за борт. Остальные перестали стрелять и набросились на меня. Их четверо, я один. Увернулся от всех, хоть и места мало. Схватил женщину, добежал до борта и бросил ее за борт. Мне по ногам ударил один бандит. Развернулся к нему, ударил его ногой в бок. Тот согнулся и упал. Краем глаза увидел, что матрос из катера залез на лодку и вместе с матросом из лодки перебрасывают через борт оставшихся туристов и прыгают за борт сами. Один из бандитов прыгнул к штурвалу, и лодка стала набирать ход. Теперь их двое против меня. Успел их рассмотреть. Взрослые мужики, лет по тридцать. Физически развиты. Загорелые. Не темнокожие, а именно загорелые. Одеты в серый камуфляж. Острижены налысо. На ногах военные ботинки. Оба достали ножи. Один сделал выпад, я ушел влево, пригнулся и ударил его снизу. Мимо. Он ухмыльнулся и повторил маневр. В этот раз я поймал его руку с ножом и вывернул ее. Нож упал, но в этот момент второй бандит ударил меня в голову рукой. Выпустил руку первого и ударил второго под дых. Тот стал сгибаться, повернулся к первому и в этот момент меня ударили в поясницу чем-то тупым. Упал на колени. Выстрелов не слышал, значит, спасатели решили, что всех спасли. Как же они ошибаются! Один бандит подошел ко мне спереди, я попытался встать, но боль в пояснице не дала этого мне сделать. Посмотрел на него, он усмехнулся, сказал что-то непонятное и ударил меня прикладом в лицо. Мое сознание улетело в никуда. Перед тем, как его потерять, успел подумать, какой же я молодец. Использовал свой шанс, балбес.
Очнулся. Руки привязаны веревками к чему-то наверху. Получается, я на них вишу. Веревки эти врезались в запястья. Почему-то не больно. Ноги стоят на цыпочках. Босиком. Опустил голову вниз. Ничего не видно, потому что темно. Огляделся. Где-то впереди небольшой кусочек света. Очень сильно воняет мочой и экскрементами. К этому, правда, можно привыкнуть. Слышу еще голоса, значит, не один. Прислушался к своему телу. Боль в скуле и немного в теле, где ребра. Потихоньку глаза стали привыкать к темноте и смог разглядеть четыре шевелящихся тела. Одно тело поднялось и осторожно подошло ко мне. Тело было похоже на мужчину непонятного возраста. Он дал мне попить из какой-то кастрюльки. Стало чуть легче.
— Ты русский? — спросил он шепеляво, на русском.
— С чего ты взял?
— Во сне матом ругался.
Матом, во сне? Наяву-то матом не ругаюсь, а тут во сне.
— Да, русский.
— Я тоже. Меня и еще одного моего товарища похитили с танкера. Мы здесь уже давно. Света дневного ни разу не видели. Эти, — он показал пальцем наверх, — только приходят и избивают. Пить дают редко, еду еще реже.
— А как же вон тот кусок света?
— Это? Это так, ерунда. Наружу-то мы не выходим. С нами здесь еще один мужчина, говорит, что англичанин, и две женщины. Одна русская, вторая итальянка. Общаемся на английском. Кто насколько знает.
Справа послышались глухие шаги, и человек убежал в темноту. Ко мне подошел другой человек с оружием и что-то сказал. Подошли еще двое с фонариком, они курили. Одеты эти трое были в бежевую форму. Или мне показалось, что цвет формы бежевый. На голове бейсболки. На ногах кроссовки. В помещении стало вонять сигаретным дымом. Это лучше, чем мочой. Они показывали на меня, что-то говорили и смеялись. Потом первый бандит ударил меня под ребра прикладом, отчего мои ноги должны были подкоситься, но я стоял на цыпочках и только затрясся от боли. Затем он забрал фонарик и посветил на лица двоих с сигаретами. Сказал что-то непонятное. Все трое засмеялись. Лица их запомнил. Потом они затушили свои окурки о мою грудь, потрепали меня по щеке и ушли. Ожог не почувствовал. Начал убеждать себя, что боли в ребрах нет. Потихоньку стало отпускать.
