В следующую минуту я уже мучилась от неловкости за панический приступ детского максимализма. Может, в поведении практикантки нет ничего постыдного? Оно естественное. Она попала в унизительную ситуацию потому, что не сработал спасительный рефлекс на непредвиденную ситуацию. Она не предполагала, что влюбится. Все нежданно-негаданно произошло: от одиночества, прозябания в деревне. А если у нее период жутко безнадежного духовного упадка от прежних разочарований? Может, она была в трясине отчаяния, а теперь по-своему счастлива? Я слышала, что люди еще не такие глупости совершают от неразделенной любви! Дядя Володя с нашей улицы запил даже, когда его размалеванная, крашеная-перекрашенная жена сбежала с двумя детьми к молодому парню. А ему уже тридцать.
Разве учительница не может влюбиться? Живой, нормальный человек. Алексей ведет себя с ней совсем непонятно. Он не уважает ее, потому что она влюблена напоказ и совсем потеряла стыд? Так плохой он или хороший? Господи! Он же ее прилюдно оскорбляет, когда отворачивается! Презрение выказывает. Это тоже гадко! Он должен с ней поговорить с подобающим такому особому случаю тактом. Бедная! Она заурядный человек. На посмешище выставила себя. Завуч о ней как-то неуважительно высказался: «…Малопригодный к реальной жизни тип нервной системы». Как будто по учебнику читал.
Мать вступилась за студентку. Мол, молодая, неопытная глупышка. А может, это и есть настоящая любовь? Какая же это любовь, если она унижает достоинство? Нет, когда я вырасту и полюблю по-настоящему, то никогда так не поступлю. Буду молча страдать.
Практикантке нравится только внешность Алексея? Высокий, великолепно сложен, черты лица правильные, как нарисованные, мужественный. Хоть в музей выставляй. И больше ничего интересного в нем нет. Этого мало для любви. Для меня душа важна.
В каждом человеке есть что-то свое, особенное. У одного улыбка красивая, у другого глаза, а третий – веселый. И что же, во всех влюбляться? «Если Алексей мне чем-то понравился, это совсем не значит, что я в него влюблена», – сделала я важный для себя вывод и успокоилась.
Случай с молоденькой физичкой возымел на меня целительное действие. Еще некоторое время, встречая Алексея, я волновалась и смущалась, а потом и эти признаки обожания исчезли. Теперь для меня он стал просто братом Нины.
И только при мыслях о Викторе на душе всегда теплело.
ЮННАТ
Два года я посещала кружок юных натуралистов. Мне нравилось прививать плодовые деревья, радоваться удачным опытам. А в прошлом учебном году на пришкольном участке я проводила эксперимент с кукурузой. На одной грядке посеяла желтую, пищевую, на другой – белую кормовую, а на третьей – оба вида через ряд. Цель задания состояла в том, чтобы выяснить влияние переопыления на урожайность. Еще ранней весной начала заниматься гибридизацией кукурузы: теорию изучала, сорта белой и желтой кукурузы подбирала, землю по всем правилам готовила, удобряла по специальной схеме. На участок приходила ежедневно. Летом пропалывала, замеры роста растений в «Дневник биолога» заносила. Мои грядки как картинка! Стебли достигли высоты трех метров. На каждом стволе по три-четыре завязи: нижние самые крупные, верхние – мельче. Пришло время сбора урожая и сдачи отчета. На уроке биологии я срезала початки с растений экспериментального участка, и перед взвешиванием принялась снимать с них «рубашки». Ура! Получилось! Початки были полосатыми: рядок белый, рядок желтый. Одноклассники бросили свои лопаты и тоже восхищались удачным опытом. Я скрупулезно обследовала каждую «кукурузину» (так говорят в наших краях), заносила результаты в тетрадь и не замечала, что ребята играют в футбол моим урожаем, до тех пор пока один початок не влетел в «ворота» – мне в голову. Мои просьбы: не мешать закончить отчет, не возымели действия. Ребята расходились все больше и больше. Они смешали все сорта кукурузы и начали бросаться ими, как гранатами. «Помогите мне взвесить урожай, а потом делайте с ним, что хотите», – умоляла я одноклассников. Но они продолжали резвиться.
