– Получатся, если их поймут. Они не избалованы вниманием. Ценят хорошее. Недавно зашел на урок мой бывший выпускник и говорит ребятишкам: «Слушайте Лидию Ивановну и всех учителей. В училище с вами так нянчиться не будут».
Леша уже оделся и стоял в стороне. Он не хотел мешать нашему разговору. Лидия Ивановна увидела его и сказала мне:
– До свидания. Ты все поняла из нашего разговора?
Я кивнула.
– Понравилась тебе наша Лидия Ивановна? – спросил Леша настороженно, как только мы закрыли дверь кабинета.
– Мне бы такую учительницу русского языка. Легко урок ведет, умные, интересные вопросы задает. Я не люблю правила по русскому зубрить, а после ее урока вышла радостная, оттого что новую тему про омонимы-антонимы узнала. Будто не правило учила, а задачку решала с моей любимой учительницей математики! – ответила я возбужденно.
К нам подбежала Катя.
– Ой! Что это у тебя? – спросила она меня.
– Бинокль настоящий. Военный, морской. Я Леше принесла.
– Насовсем?
– Нет, на неделю брат дал. Только гвозди им не забивайте, – пошутила я.
– Знаем. Стекла нельзя руками трогать.
– Катя, а тебе я книжку принесла. Пойдет?
– Конечно. Я когда рассержусь, только чтением успокаиваюсь.
– Леша, а ты чем? – спросила я тихо.
– Сижу один, сожмусь и терплю.
– Ты сильный! – похвалила я друга.
– Стараюсь. У меня троек уже нет. В военное училище хочу поступать.
Я обратила внимание на то, что ни Леша, ни Катя, как и я, не умеют бурно выражать радость. Внутри ее держат.
И все же она есть в них благодаря стараниям Лидии Ивановны!
ДУША УЧИТСЯ ЖИТЬ
Иду мимо детского дома.
– Здравствуйте! – еще издали приветливо кричу я Лидии Ивановне. – Какие еще интересные сочинения написали ваши ученики?
Она тут же откликнулась:
– Вчера я задала ребятам вопрос: «Чем отличается молодой человек от старого?» Получила много неожиданных ответов типа: «Мама красит губы, а бабушка – нет». «У папы есть деньги, а у дедушки – нет».
А недавно меня потрясло сочинение про скворечник одного пятиклассника. Учится плохо. И вдруг – такое! Пишет: «Два друга делали скворечник. На улице было холодно. Дул сильный ветер. Один мальчик заболел гриппом и умер. Но его душа всегда останется с птицами». Очень поразил. Наконец раскрылся, как первая весенняя фиалка. Понимаешь: крик детского горя должен быть услышан и понят. Только тогда ребенку можно помочь. Если есть время, заходи, почитай сочинения Лады. Художественная натура.
Открываю первую страницу. «Море – это колыбель, которая ласково баюкает наши мечты. Я думаю, что люди, живущие на берегах рек и морей, добрее и счастливее… Лежу у моря. Закат нежно колеблется. Небо заливается кровавым цветом. Мутные облака полосами закрывают вечернее солнце. Потухают золотые краски дня. Песни вожатого кажутся мне одной мелодией. Тонкий писк комара проникает в мои мысли и разрушает светлые мечты».
«Рассвет – глоток утренней зари, подарок природы. Ослепительно сверкают золотые струи «слепого дождя». Девушка на берегу подняла руки и будто летит. Она их для настроения приподняла. Дождь закончился. Улыбается солнце в лужах. Я сижу на берегу и слышу, о чем говорит тополь с ветром и почему плачут березы. Спящие – проснитесь, зрячие – увидьте, сильные – защитите самую дорогую в мире ценность – природу! Ей не хватает нежной, заботливой любви человека…»
– Ну, как? – спросила учительница заинтересованно.
– Лада в чем-то похожа на меня.
– Вся в чувства уходит. Посмотри, какие слова употребляет! «Туман зашторил горизонт»; «радужное настроение»; «золотая проседь берез»; «душа упивается земной благодатью, в тишине ее пристанище»; «вот так метаморфоза! впечатляет!» А вот практицизма пока нет в ней. Жалко вторгаться в ее душу, но к реальной жизни все равно надо готовить. Только осторожно, а то рожки сразу выставит. Важно не считать детей глупее и грубее, чем они есть на самом деле.
– Знаешь, я была совсем молодым педагогом, когда увидела, как один воспитатель стегал лозиной мальчика лет тринадцати. Получив, я думаю, заслуженное наказание, мальчик вдруг повернулся и сказал тихо, с укором: «А вы попробуйте не бить, по-человечески объясните. Может, лучше получится?» Бить всякий сможет. Кто бы понял… – вздохнула Лидия Ивановна.
– Вчера видела, как Бориска хамил воспитательнице… – начала рассказывать я.
– Не ей он грубил, а своей неудачной судьбе. Он вымещал на воспитателе свою обиду, – объяснила Лидия Ивановна. – Внешнее поведение детей – это их реакция на окружающих в зависимости от внутреннего стержня каждого. Борю чуть-чуть задели, а он ответил в десять раз злее. И совсем не потому, что жестокий. Протест свой выражал. Видно, долго копились в нем отрицательные эмоции. Малейший толчок раздражения – и они выплеснулись. Детдомовский ребенок – постоянно натянутая струна. Эти дети как цветы в заброшенном саду. Их топчут, мало оберегают, не всегда понимают… Да если еще по нежной душе ножом… Плоть срастается, а раны души – нет.
– Вы об их живых родителях?
– О них, – вздохнула учительница.
Мы немного помолчали.
