- Не могли бы вы вернуть меня на поверхность корпуса, мистер Таер? Пожалуйста.
- Надо подумать. Кажется, в гардемаринской необходима генеральная уборка. Не мешало бы вымыть стены.
Такого рода воспитательные приемчики, обычные в гардемаринской среде, были крайне опасны - отлетевшего слишком далеко от корпуса вернуть нелегко. И в этом случае могут погибнуть оба - и потерявший контакт с корпусом, и тот, кто пытается его спасти.
- Не медлите, мистер Таер, верните его,- приказал я.
- Есть, сэр,- ответил он. - Грегор, дай руку. Так. Становись обеими ногами. Теперь иди. Да не шаркай ты, поднимай ноги. Так, правильно. Теперь иди сам, я не держу тебя.
Вскоре Грегор снова закричал:
- Ох! Опять! Простите, мистер Таер!
- Хватай его! - заорал я в микрофон. - Держи, пока он не войдет в шлюз!
Едва они вошли в корабль, я выбежал с мостика, оставив его без присмотра, и помчался в помещение, где они снимали скафандры. При моем появлении оба приняли стойку "смирно".
- Мистер Аттани,- громыхнул я,- передайте привет главному инженеру и попытайтесь больше не быть таким болваном!
- Есть, сэр,- пробормотал Грегор.
- Он не нарочно, сэр,- вступился за подопечного Филип. - Знай я...
- Кадет, вон отсюда! - рявкнул я. Как только Грегор выбежал, я напустился на Филипа: - Вам девятнадцать, мистер Таер! Вы прослужили в армии шесть лет и должны знать, как опасно шутить в открытом космосе, тем более вам должно быть известно, что пререкаться с командиром запрещено! Вы разве не знаете, что гардемарин не может отменить приказ командира?!
- Так точно, сэр. Я не пытался отменить приказ...
- Вы пререкались со мной! Девятнадцатилетних гардемаринов не принято сечь, поскольку они хорошо усвоили, что можно, а чего нельзя.
- Так точно, сэр,- побледнел Филип.
- Доложите главному инженеру, что я приказал вас высечь! Однажды вы уже осмелились перечить командиру. Надеюсь, сегодняшний случай станет последним.
- Есть, сэр! - Филип направился к выходу.
- Пока вы будете вести себя как кадет, придется с вами обращаться соответствующим образом,- крикнул я ему вслед. Это было все равно что выстрелить в невооруженного человека, не способного ответить тем же. Но ярость взяла верх над совестью.
Вскоре Филип и Грегор явились для доклада. На Филипа страшно было смотреть. Впервые за все годы службы я видел его совершенно убитым, но не стал ни о чем спрашивать, боялся. Если я сломал его, последствия для корабля будут самыми плачевными.
Насчет Грегора я не питал иллюзий - он люто меня ненавидел. Хотя и доложил об исполнении наказания по полной форме, безукоризненно отдал честь, передал как положено просьбу Касавополуса занести наказание в бортовой журнал. Но я чувствовал, если надавить на него еще хоть самую малость, он не выдержит, бросится на меня и, возможно, убьет. Поэтому именно сейчас надо разобраться с ним как следует.
- Филип, идите в свою каюту,- приказал я, даже не выслушав его доклада.
- Есть, сэр. - Он отдал честь, повернулся кругом и вышел.
Я решил до конца выбить из Грегора дурь.
- Мистер Аттани, хотите мне что-то сказать? - спросил я.
- Нет, сэр,- ответил Грегор, уставившись в пол.
- Мне не нравятся ваши манеры. Потрудитесь их изменить.
- Чего вы от меня хотите, сэр?
Я дал ему пощечину. Лицо его дышало злобой.
- Известны ли вам права кадета, мистер Аттани?
- Думаю, известны.
Я влепил ему еще одну пощечину, сильнее. Кулаки его сжались, но, слава Богу, он на меня не бросился. Случись такое - я вынужден был бы его казнить.
- Кадет находится под опекой командира в полной его власти. Кадет не имеет никаких личных прав. Для командира кадет все равно что сын. Сколько еще пощечин вы хотите получить, мистер Аттани?
- Пожалуйста, сэр! - взмолился он.
- Отвечайте!
- Нисколько! Я не хочу, чтобы вы меня били, сэр! - Его глаза наполнились слезами. Я ударил его еще раз.
- Посмотрите на свои пальцы, мистер Аттани! Он с удивлением посмотрел на свои руки и медленно разжал кулаки.
- Пожалуйста,- прошептал он,- разрешите мне вернуться в кубрик. Я хочу быть матросом.
- Нет. Вы кадет. Ступайте в гардемаринскую каюту!
- Я не ребенок, я не вытерплю такого обращения,- быстро заговорил он, перевел дух и продолжил: - Я не привык к порке. Боже мой, как же это больно! Филип держал меня за руки, когда я лежал на скамье! За что мне такое наказание? Ради бога, отпустите меня в кубрик!
- Нет. Вы будущий офицер. Я сделаю из вас офицера! Хотите еще пощечину?
- Нет, сэр,- еле слышно ответил он. Похоже, мне удалось с ним справиться. Оставалось еще чуть-чуть поднажать.
- Хотите передать привет главному инженеру?
- Ради бога, сэр, не надо! - взмолился Грегор.
- Ведите себя как положено, и все будет в порядке. А теперь идите в каюту.
Он разрыдался, но продолжал стоять по стойке "смирно", боясь даже вытереть слезы.
Я рухнул в кресло и отвернулся, чтобы не видеть его.
- Идите в свою каюту, Грегор,- повторил я.
- Есть, сэр.
