Я сделаю то, что должен сделать. Если это то, что я могу получить от неё, то я возьму это. Единственный другой вариант, который я вижу, это вообще не иметь её, но это не вариант. Ей нужно время, это должен быть единственный ответ. Я подожду.
Она увидит, что она моё сокровище, и мы будем вместе. Это только вопрос времени.
Решившись, я подхожу к краю здания и смотрю на тускло освещённые дюны. Облака надвигаются, делая тени глубже, чем обычно. Я покинул свой дом, чтобы найти что-то. Не зная что, но я знал, что узнаю это, когда увижу, и я узнал, как только нашел Лану.
Что бы ни случилось, я буду рядом с ней. Неважно, как долго мне придется ждать её, я буду ждать. Она и ей подобные вернули надежду в эту безлюдную пустошь. До того, как пришли люди, я ждал не только своего исчезновения, но и исчезновения моей расы.
У Сверре и Калисты теперь есть ребёнок. Огромная надежда, больше, чем я когда-либо мог себе представить. Джоли скоро родит. Со временем Лана увидит нас, и у нас появится собственный детёныш. Наш долг сделать мир лучше для них. Они не должны жить в такой пустыне. Когда-то цивилизация змаев была сильна, и мы можем снова сделать её такой.
Что-то мелькает на горизонте. Я закрываю свои внешние веки, чтобы отфильтровать свет, но это движение не повторяется. Там что-то есть, я в этом уверен. Я устрою патруль на завтра и осмотрю всё в том направлении. Я не могу позволить работорговцам заузлов застать нас врасплох.
Решившись, я возвращаюсь в свою квартиру, где ложусь один. Это ненадолго, думаю я, засыпая.
Глава 4
Я не должна была спать с ним. Выражение его глаз, когда я уходила, будь он проклят. Он мне очень нравится, но я не собираюсь остепеняться или связываться с кем-либо прямо сейчас. Почему я позволила этому случиться? Биология конечно. У меня появился зуд в причинном месте, а он отличный парень, и дальше природа берёт своё.
— Эй, успокойся, — говорит Берт.
Я смотрю на мясо, над которым работала, и вижу, какое крошево я из него сделала.
— Извини, — говорю я.
— Ладно, давай не будем тратить его зря, ладно?
Все смотрят на меня. Конечно, я же бродяга. Я та, кто не принадлежит никому и ни к чему не относится. Я не должна быть здесь. Но это было на корабле. Здесь, на Тайссе, у меня есть возможность, и я ею воспользуюсь в полной мере.
— Нет проблем, — говорю я, улыбаясь Берту.
Я касаюсь его руки и хлопаю ресницами чаще, и в ответ получаю улыбку. Одна из других женщин, разделывающих мясо, бормочет что-то себе под нос, но я не расслышала. Это не имеет значения. Рано или поздно они разберутся, и поймут — я им нужна. Я позабочусь об этом.
Берт идет дальше, проверяя работу других людей, которые помогают. У нас нет возможности долго хранить мясо. Змаи используют промасленную кожу и технику сушки, чтобы продлить срок его хранения, но это никак не влияет на вкус. Я не против, хотя другие жалуются. Это то, что они постоянно делают: жалуются. Я думаю, что я единственная, кто не ненавидит жить здесь.
— Это место отстой, — говорит рядом женщина по имени Сара, словно читая мои мысли.
Я её плохо знаю, просто мимолетная знакомая. Я не скучаю по кораблю. Там у меня не было никакой цели, всем мешала, и я делала то, что должна была делать, чтобы выжить. Нас, выживших, здесь, на Тайссе, так мало, что всё это уже не имеет значения. Ну, не будет, как только они это поймут. Люди цепляются за старые привычки и принципы, насколько это возможно.
— Кто-нибудь из вас слышал о том, что говорит Гершом? — спрашивает Сара.
— Что опять? — спрашиваю я, закатывая глаза.
— Ты же знала, что она так и отреагирует, — бормочет женщина, которую я не знаю, и мои щёки горят от её укола.
— Он говорит, что мы должны провести голосование, — отвечает Сара.
— Голосование за что? — спрашивает Берт, проходя мимо.
— Выборы президента, что же ещё? — спрашивает Сара.
— Чертовски отличное время для такого, — бормочет другой мужчина, Джейкоб.
— Да кого это волнует? — Сесил вмешивается.
— Что, как кого? — спрашивает Сара. — Мы демократы, выборы основа наших ценностей, если мы их потеряем, то что от нас останется?
— Я буду голосовать за любого, кто сократит рабочий день, — говорит Брайс, и Сесил смеётся вместе с ним.
Некоторые другие фыркают над его шуткой.
— Сократить рабочий день, — качает головой Берт. — Сначала тебе придется немного поработать, Брайс.
— Эй! — говорит Брайс, поднимая зазубренный кусок мяса и размахивая им в воздухе, разбрызгивая кровь. — А ну-ка, что это у меня в руках?
— Плохо нарезанный кусок мяса, который ещё можно спасти, — рявкает Берт. — Ты не смотрел ничего, что я тебе показывал!
— О чём ты? Он идеален, как для гриля или около того, — отвечает Брайс.
— Будь добр, пожарь свой зад на гриле, — рычит Берт, подходя к Брайсу.
