Надежда и Николай полностью

Закрома достатка и успеха не спешили открываться, и к ним приходилось идти то через дверь, то через окно иногда закрытое. Если бы не давний итальянский друг семьи, Джординио Рогозинио – директор завода по изготовлению, ремонту и перевозке космических дирижаблей, не удивляйтесь, в нашей стране есть такой, то совсем было бы тоскливо. Несмотря на то, что у завода были свои перевозчики дерижаблей, он порекомендовал Николаю вложить деньги в проект по покупке в Нигерии и дальнейшей сдаче в аренду отслуживших свой срок, но вполне еще ничего себе парочки дерижаблевозов. Так появилось Общество «Наш Дерижаблевоз» и даже офис для этой цели был открыт. Пока жуликоватые проекты кормили, чтобы совсем не сойти с ума от безделья и счастья, работу нашел стажёром в адвокатском бюро «Прохвостов и партнеры», но ежемесячной зарплаты работодатель не назначил, а предложил процент от проектов. В сухом остатке от этого работодателя Николай не получил за два года ни копейки, зато женился на их секретаре Наде и нажил с ней дочку. Принимая во внимание свой опыт, Николай нанял секретарём в офис «Нашего Дерижаблевоза» неказистую, но исполнительную женщину за 50, по крайней мере, не придется думать о декретных выплатах.

После некоторого колебания, от вложения в «Дальневосточный гектар» наш герой разумно отказался, но оказался под сильным впечатлением от предложения фонда имущества республики Карелия – там несколько зданий в черте регионального центра с собственным железнодорожным тупиком предлагались по цене однокомнатной квартиры в Питере. Управляющий партнер Прохвостов согласился ввязаться в бой. По обоюдному согласию, и, не имея другой альтернативы Николай взялся за Карельский проект.

Один успешный современный еврейский писатель (Фоер) сказал: Однажды вы сделаете для меня все, что ненавидите. Это он про семью. Николай подсознательно тоже так хотел и стремился к этому, но на самом деле, всё выходило наоборот, он пока делал для двух дорогих созданий, то, что не стал бы, живи он один. Тут два варианта: возможно, что для еврея хорошо русскому наоборот или Надя сама в какой-то момент оказалась еврейкой. Тут мы благоразумно не будем развивать тему двойственности еврейской души, чтобы в дальнейшем не разбиться, словно лягушка об асфальт, как это сделали многие недальновидные прозаики. Зашуршало, вышла заспанная Надежда:

– Доброе утро, Масюнечкин. Ты приготовил нам завтрак? о и посуда не помыта.

Николай был подкаблучник.

– Ой, забыл Котюнечкин, отвлёкся, сейчас всё уберу и приготовлю.

Розовые, уютные глупости. Николай сейчас всё убрал и приготовил полезные и вкусные сырники.

Пусть читатель не переживает и тем более не расстраивается за Николая, нет ничего позорного, постыдного и уж тем более опасного быть подкаблучником. Да потом и удобно. Если есть внутренняя потребность реализоваться, пожалуйста, на работе, можно в бойцовский клуб сходить, в крайнем случае, поплавать в бассейне. Дома ты подкаблучник и наисчастливейший человек. У жены и без домашних дел хватает, ей надо почитать, полежать, сходить куда-нибудь и для поддержания нормальной домашней среды обитания не следует ей мешать заниматься этими тремя делами. С мужем Надежде повезло, он и стирает и убирает и готовит и кусок хлеба с маслом, будьте любезны, пожалуйста, но главное он говорит, ох и как же он говорит. Этим, видимо, и очаровал лохматик молодую и дюже фертильную секретаршу, у которой и без него вариантов было предостаточно. Рыжеволосая красоточка с пышными формами и смеющимися маленькими звездочками глазами, не оставляла тогда равнодушным ни одного мужчину, скорее всего, не оставляет и сейчас.

Ну о чем общаться на курорте? Никаких дел делать не надо. Чудесное время в чудесном месте Средиземноморья. Наверное, черепахи чувствуют тоже самое. И наши герои нежатся в окружении таких же людей-черепах. – Ты когда плаваешь, лучше себя чувствуешь? – Не то чтобы лучше, Котюнечкин, просто все излишки еды в рыгах и пуках выходят. – Это называется нормализовалась усвояемость – Точно.

Розовые, уютные глупости. Куда без них в семейной жизни?