Жизнь ставит перед Клэр Иден непростой выбор: она должна родить ребенка или сейчас, или никогда. Джейкоб Андерсон, преуспевающий бизнесмен, страстно мечтает о наследнике. Судьба свела их. Они знакомятся и спустя несколько дней женятся. В их браке будет все… кроме любви?
– Ребенок! – Клэр Иден выпрямилась. – Вы хотите сказать, что мне нужно завести ребенка?
Она в изумлении уставилась на сидящую напротив доктора Энн Фримен. Та в ответ только развела руками:
– Разве вы не собираетесь иметь детей?
– Собираюсь, конечно, но не сейчас…
– Если это «не сейчас» протянется хотя бы до следующего года, боюсь, вы вообще не сможете родить.
Клэр повернулась к окну кабинета – на улице шел ливень – и с облегчением вздохнула. Гром действительно гремел. Странно, что она забыла про черные грозовые тучи, которые надвигались на город со Скалистых гор. Клэр увидела их в тот самый момент, когда за ее разбитым автомобилем приехала буксировочная машина. Дождь застал ее по пути сюда, и она успела порядком промочить ноги, пока бежала от такси к дверям здания. Навстречу ей уже валила толпа работников, спешащих домой после рабочего дня. К счастью, доктор Фримен знала, как Клэр беспокоится насчет результатов анализов, и дождалась ее.
– Ваше состояние будет только ухудшаться, Клэр, – сказала она.
Больше всего Клэр ценила ее за откровенность.
Доктор Фримен никогда не пыталась что-то скрыть от своих пациенток или смягчить правду.
– Разве нет каких-нибудь лекарств? Я думала, вы выпишете мне обезболивающее. А вместо этого я получаю бомбу с часовым механизмом?
– Таблетки я вам выпишу, но они не дают никакой гарантии. С другой стороны, беременность могла бы разрешить все проблемы. В большинстве случаев боли исчезают после рождения ребенка.
– Да, вам, конечно, легко говорить о ребенке. У вас есть муж и трое детей. А я не замужем. И даже ни с кем не встречаюсь.
– И никаких перспектив?
Клэр покачала головой.
– Может быть, искусственное оплодотворение?
– А во сколько тысяч долларов оно обойдется? К тому же могу себе представить реакцию братьев: они на первом же самолете примчатся с ружьями наготове. Как я смогу им объяснить, что во всем виновата какая-то несчастная пробирка? – Клэр сердито вздохнула. – Так что же мне остается?
Доктор Фримен откинулась на спинку кресла и сочувственно проговорила:
– Это очень трудный вопрос.
– «Моему другу и партнеру, Джейкобу Генри Андерсону, я завещаю все свое недвижимое имущество, включая ранчо «Рокинг Т», а также доходы с инвестиций после моей смерти. Если Джейкоб Андерсон не переживет меня, я завещаю…»
Раскат грома заглушил голос нотариуса. Джейк Андерсон сидел, пораженный внезапно свалившимся на него бременем. Он стал владельцем «Рокинг Т».
Нотариус продолжал читать, но Джейк не слушал. Он и так знал, что сказано дальше. Продолжение завещания Алана было точной копией его собственного.
Невидящими глазами Джейк смотрел в окно своего кабинета на тридцать третьем этаже небоскреба.
Ранчо «Рокинг Т», находящееся возле границы Колорадо и Небраски, граничило с его собственным, носившим название «Бар Хэнгинг Севен». Пять поколений Таунсендов и Андерсонов занимались там разведением скота, пока Алану и Джейку не пришлось уехать и заняться крупным бизнесом в городе. Они сделали это, чтобы сохранить свои дома.
Аневризм. Что за черт? Почему он так умер? Алан развлекался, проводя безумный уикенд в компании какой-то очередной девочки
На похоронах Джейк был единственным, для кого Алан значил больше, чем его деньги. Единственным, кто по-настоящему горевал.
