Я лежал молча, прислонившись щекой к холодной палубе. Пусть выходит, если ему хочется. В моем лазере не осталось зарядов. Все, что я мог, – это укусить его за ботинок.
Дверь начала открываться. Мы простерлись друг против друга с Улиссесом Стангером. Его глаза были тусклыми, безжизненными. Мои блестели.
Из-за дверцы люка выглянула крупная голова:
– Сэр? Не надо… Докладывает лейтенант Гарроу. – Его массивное тело было закрыто переборкой.
Меня словно кольнуло, что-то выплыло из глубин моей памяти:
– Ты знал.
– Что знал, сэр?
– Что задумал Стангер. – Мой лазер был направлен на него.
– Мы все… на самом деле нет. Он был капитаном. Что мы могли поделать?
Соблюдение Устава извиняет Флот – всех нас. Это что-то вроде защитной одежды. «Сатана, отстань от меня».
– Должны были исполнить свой долг – сместить его с должности.
– Его благословило на это Адмиралтейство, разве не так? Они бы повесили…
– Никто его не благословлял.
– Разрешите мне выйти?.. Я собственными глазами видел их циркуляры. Он постоянно поддерживал связь с Адмиралтейством в Лондоне.
Адмиралтейство – или то, что от него осталось, – ждало моего доклада с базы в Фарсайде. Стангер и его сообщники наверняка обработали тех членов Адмиралтейства, которые отказались меня поддерживать. Возможно, даже большинство.
– Отправь всех матросов к их спальным койкам. Офицеров – по каютам. Освободи моих людей.
– Слушаюсь, сэр. Простите, мне только надо… – Гарроу вернулся к приборной доске, оставляя кровавые следы. – О Господи Иисусе! – Он шагнул в сторону и вытер ноги. Взглянул на приборную доску. – Только один звонок, сэр. Не по поводу лазера.
– Хорошо.
Лейтенант взял трубку и отдал несколько беспорядочных команд.
Повсюду на «Галактике» послышалось громыхание коридорных переборок, вползающих в свои гнезда.
– Сэр, разрешите мне помочь вам подняться? – Я отрицательно покачал головой: это могло разорвать меня на части. – Лучше вам узнать… – Он облизал губы. – Я звонил на орбитальную станцию… после смерти мистера Стангера… сообщить им.
– Чтобы принять на себя командование?
– Только на короткое время. Они сказали, что пошлют кого-нибудь. И… – Он сглотнул слюну. – Перед этим капитан рассказал им, как вы силой пробрались на борт. Адмирал Хой предложил прислать морских пехотинцев, но Стангер сказал, что это только добавит неразберихи. Что он и сам может вас выбросить. – Гарроу говорил так, словно вынужден был во всем этом признаться.
– Дай мне трубку.
Я набрал номер корабельной радиосети: «Внимание всему экипажу и пассажирам, – проговорил я хриплым голосом. – По приказу Совета Адмиралтейства Организации Объединенных Наций я, Николас Эвин Сифорт, вступаю в командование кораблем ВКС „Галактика“. – Теперь все было сделано. Но несколько жизней уже не вернуть. – Всем офицерам и членам экипажа прибыть к капитанскому мостику для признания моего вступления в должность капитана».
В коридоре за мной послышались шаги. Арлина, а неподалеку от нее Дерек.
– О господи! Вы, там, принесите носилки. Отнесите его в лазарет.
– Нет, – глухим голосом возразил я.
– Вызовите корабельного врача. Быстрее! – Она нежно подняла мою руку.
– Уберите от меня руки! – сказал я холодно. – Я капитан!
– Ник…
– Сэр! – Если я позволю ей разжалобить меня, то не смогу больше ей сопротивляться.
Ее глаза повлажнели:
– Сэр, позвольте мне помочь вам.
– Мне необходимо кое-что сделать. – Адмирал Хой все еще контролировал орбитальную станцию, Симович держал в руках базу Лунаполиса. Их лазеры были направлены на нашу планету. У меня стали путаться мысли. Я постарался взять себя в руки. – Как Филип?
– Жив. Слава богу. – Где он?
– В лазарете. Он…
Я кивнул. Иначе и быть не могло, после гибели Джареда.
– Пошлите кого-нибудь в лазерный отсек. Майкл ранен.
– Слушаюсь, сэр.
Из коридора вышел офицер:
– Кто ранен? Мой боже, капитан! Пораженный ужасом, он прошел мимо меня и уставился на останки Стангера.
Арлина с рычанием развернула врача и опустила его на колени передо мной:
– Помогите ему!
– В чем вы нуждаетесь, сэр?
– Он перенес операцию на спинном мозге. Он был тяжело ранен.
– Достаньте мне кресло с механическим приводом. Врач переводил глаза то на нее, то на меня.
– Я капитан! Выполняйте!
Им пришлось отрывать мои пальцы от руки Дэнила.
Через десять минут, пепельно-бледный, я сидел в доставленном из лазарета кресле рядом с капитанской приборной панелью.
– Обезболивающий укол! Только один. Сейчас же. Я выдавал лишь короткие фразы. И отчаянные выкрики, если открывал рот шире.
– Слушаюсь, сэр.
Я приник к экрану. Мои глаза тускло поблескивали. Галстука не было, рубаха смялась, китель я давно снял. Перед вами адмирал Сифорт, командир экипажа «Галактики».
Офицеры по двое и по трое подходили на капитанский мостик, представлялись и признавали меня своим командиром. Потом настала очередь экипажа, они заходили повзводно. Я сидел, словно высеченный из камня, и так сжимал подлокотники, что костяшки пальцев побелели от напряжения. Обезболивающий укол не действовал.
На мостик привели Тэда Ансельма. Он тупо отдал мне честь. Лицо его было вялым и безжизненным.
