Медленно и нежно перебирает мои волосы, прядь за прядью перекидывает их на одно плечо, оголяя шею. Становится прохладно, но пот бисеринками проступает на лбу, ладони становятся липкими и предательски дрожат.
Он, будто не замечая этого, неспешно продолжает свою любимую игру: касается горячими губами уха - и от его шёпота горько замирает всё внутри.
- Ты сегодня молчалива и неприветлива. А я скучал по тебе.
Лёгкими поцелуями обжигает шею.
-Ты - глоток воды, прохладная тень после тяжёлого перехода, а таковых было у меня немало за последнее время. Усмири бурю разума, забери мою боль.
Горячие ладони сжимают плечи и медленно разворачивают. Глаза в глаза...
- Утоли жажду сердца, напомни, что я ещё жив и Пути не убили во мне крупицы света.
Разнимает мои влажные ладони и прижимает их к своему лицу, огрубевшему под ветрами и жаром Трёх Звезд.
Ветер колышет занавеси. Тишина.
Корчусь от боли.
Это Л"Даэр - Правитель Пустынного мира.
Кольцо его рук не даёт шевельнуться, потом вдруг резко разжимается - и я на дрожащих ногах пытаюсь устоять посередине комнаты. Плохо получается. Сквозь замутнённое сознание просачивается странно знакомое, близкое, давно позабытое, но такое горько родное. Музыка. Откуда-то сверху почти неслышно льётся нежная мелодия. Злая ирония. Это музыка любви и нежности двух сердец друг к другу, доверия и близости душ: всего того, что отсутствовало здесь, в этой клетке.
Меня поднимают, кружат в такт поющему воздуху, и тело совершает заученные движения, пока разум спит.
- Танцуй, танцуй со мной, утешительница! Только ты знаешь, как смирить лаву моей сути. Танцуй, танцуй!
Голос шепчет со всех сторон, увлекает и течёт, и я растворяюсь в нём и тону, и дна этому нет...
Надо мной склоняется недовольное лицо Орзуда. Вурхан чем-то очень рассержен. Он раздаёт кому-то указания и гневно размахивает короткими ручками.
Я плыву в спасительный сон.
Я не могу так жить, но должна... Должна, потому что со мной умрёт Память, наша Пра-Мать.
Эту песню пела мне мать. Врываясь маленьким смерчем в её покои, я кружилась и кружилась, чтобы затем в детском счастливом изнеможении раскинуть руки и упасть прямо в её нежные объятья, прижаться к груди, успокаиваясь под размеренное биение родного сердца. Мама бережно выпутывала веточки из моих растрёпанных и спутавшихся волос, редким гребнем расчёсывала их, улыбаясь радостям и невзгодам, выпавшим сегодня на долю её единственной дочери. Затем, тихо напевая, начинала выплетать косы, укладывая непослушные пряди в замысловатые узоры.
- Мамочка, а почему у девочек из других Домов волосы льются тяжёлой волной серебряного цвета? Косы их так красивы! А меня словно окунули в чан для покраски материи к Великому празднику!
Мама смеётся, изящные пальцы её ловко выбирают из моей гривы золотые нити:
- Память - это не всегда поддёрнутые серебряной пылью воспоминания, это счастливые и дорогие каждой рохо мгновения жизни, которые являются истинной ценностью, искупая все тягостные изломы Дороги Судьбы.
В косы вплетается тёмная змейка.
- Чёрное - это боль, раскаяние. Не познавший их не станет настоящим, достойным Дара Жизни, потому что не будет ценить рохо идущего рядом. Но иногда они подменяются ненавистью и злобой, тяжёлым грузом ложась на плечи.
Лёгкими касаниями освобождает из жаркого плена шею, и её обдувает тёплым маминым дыханием.
- Красные, отливающие рыжими всполохами - воспоминания и мысли, которые подталкивают нас, заставляют выбирать свои тропы на Дороге, освещают, ведут к цели. Но и они могут обмануть, заменив путеводный маяк костром мести. Этот костер погаснет и оставит тебя в темноте ложного Пути. Тогда рохо твоё будет скитаться, испепелённое внутри, по самым тёмным местам Туманных Долин и некому будет его позвать в благословенное спокойствие Материи.
Затем ложится белая полоса.
- Забвение, обратный лик Пра-Матери. Если бы его не было, то и мы не узнали бы силы нашей Богини. Иногда Дары её столь тяжелы, что разум не может позволить бренному телу идти дальше по Дороге. И тогда Милостивая посылает благословение, забирая боль и тяжесть, избавляя от ненужного груза.
Плетёт и плетёт напевая.
- Но только сам идущий выбирает тропы. Важно не ошибиться и взять с собой в Дорогу лишь самое необходимое.
Умиротворение царит в её светлых покоях, бликами играет на потолке, вплывает в окна ненавязчивым цветочным ароматом. Где-то за окном слышны отдельные звуки, напоминающие о бурлящей жизни. Но здесь - нега и покой.
Пригладила последний непослушный локон. Провела тёплыми руками по лицу, ласково сжала его ладонями и прижалась лбом к моему лбу.
- Радость моя, ты отмечена поцелуем Милостивой. Ты - Дар свыше, ведь таких не рождалось сотни Лун. Значит в тебе живёт особая сила.
Гляжу в небо её глаз и не могу насмотреться.
Она поднимает меня, отряхивает пыльное платье, подвязывает растрепавшиеся ленты. Увлекает за собой к кристальному фонтану, чтобы зачерпнуть ледяной воды и умыть нагулявшееся чадо.
- Посмотри, что ты видишь?
Недоумённо пожимаю худыми плечиками и всматриваюсь в успокаивающуюся зеркальную рябь.
