Полагаю, что в определённый момент своей жизни, каждый взрослый вспоминает свои детские ошибки, ужасаясь собственной глупости. А ведь на тот момент всё казалось правильным и логичным, а выход - единственно верным.
"Ведь это стало поворотным моментом во всей моей жизни, и дальнейшие события являлись лишь следствием сделанного выбора. Чтобы больше такого не допускать, мне нужны те, кто смогут показать другой путь... даже если на мой нынешний уровень их придётся тащить силой", - в зону моей сенсорной чувствительности наконец-то вошёл ожидаемый мной человек, являющийся одним из главных кандидатов на вступление в Акацке.
Не буду врать: я собираюсь помочь некоторым разумным развиться, не только для защиты мира, но и для того, чтобы не быть единственным в своём роде. Ведь когда ты находишься на вершине пирамиды, то остаёшься один, а если даже спускаешься вниз, то всё равно чувствуешь собственную чуждость.
Ничто не мешает мне и дальше создавать своих дубликатов, которые живут обычными жизнями, но... пусть они и являются частицами меня, я - это не они. Как вода из реки, впадающая в океан становится частью океана, но сам он не является рекой...
Примечание к части
Рассказ возвращается к истории гг и дальше пойдёт чуть быстрее, живее, и надеюсь - интереснее.
Ах да: таймскип.
Всем добра и здоровья.
Двухсотметрового диаметра бело-голубой пузырь, заключённый в горизонтальное плоское кольцо, разделяющее его на верхнюю и нижнюю половины, имеющее ширину в пятьдесят метров, а толщину в полметра, почти беззвучно и достаточно быстро плыл по воздуху, на высоте трёх километров. Внизу же простирались кажущиеся бескрайними поля, густые зелёные леса, змеились серебряными лентами реки и протягивались мощёные каменными плитами (в промежутки между которыми нельзя было просунуть и лист бумаги) широкие дороги, окружённые рядами высоких живых столбов, на вершинах коих красовались яркие бутоны цветов, в ночьное время суток источающих ровное сияние.
На горизонте же виднелся город из жёлтого камня и "золота дураков", сияющий в лучах восходящего солнца так, словно бы был целиком отлит из благородного металла искусным ювелиром. Над поселением парили ещё несколько пузырей, диаметром от пятидесяти метров и до полукилометра, раскрашенные в разные цвета и разукрашенные яркими узорами. Кроме них виднелись крылатые лодки с воздушными шарами, использующиеся для прогулок и перевозки пассажиров, а по земле ездили трёх и четырёхколёсные самоходные кареты (впрочем, порой встречались и классические экипажи, запряжённые животными).
Бело-голубая сфера же, мелко вибрируя всё летела вперёд, приближаясь к широкому полю с короткой травой, расчерченному на квадратные сектора, имеющие порядковые номера от одного и до ста. По периметру эта площадка была огорожена двухметровым каменным забором, в середине каждой из сторон коего стоял квадратный двухэтажный дом. От терминалов аэропорта, по широким дорогам непрерывно прибывали и убывали повозки, привозящие и увозящие пассажиров...
...
Сидя в глубоком кресле с высокой спинкой, обшитом красным бархатом и украшенном подлокотниками в виде двух рычащих львов, высокий и крепко сложенный импозантный мужчина средних лет, одетый в тёмно-синий костюм-тройку, пил кофе из фарфоровой чашечки и читал газету. У него были яркие голубые глаза, золотые волосы, усы и короткая прямоугольная бородка того же цвета. На пальцах рук, обтянутых белыми перчатками, красовались массивные золотые перстни с драгоценными камнями (выглядящие настолько безвкусно, что попросту выбивались из образа... если не знать о том, что при сжатом кулаке они складываются в кастет). Обувь у этого человека тоже была примечательной: стилизованные под львиные лапы мягкие ботинки чёрного цвета, явно сшитые по индивидуальному заказу, поблёскивали в свете ламп словно зеркала.
Тем временем, пока хозяин каюты наслаждался ароматным напитком, изучая последние спортивные сводки, помещение утопало в тишине и уюте. Стены, обшитые резными деревянными панелями, покрытыми прозрачным лаком, широкая постель, застеленная белоснежными простынями, скрытая тёмно-красным балдахином, пушистый ковёр на полу, книжный шкаф и люстра, похожая на три вогнутых диска жёлтого цвета, с вставленными в середину лампами, а также большое прямоугольное зеркало на одной из стен, внушали ощущение богатства и роскоши...
В одной из стен имелась дверь, ведущая в ванную комнату с туалетом; за второй дверью находилось помещение для прислуги (или охраны); третья дверь вела в просторную гостиную. Это место можно было принять за квартиру, либо номер в дорогой гостинице, если бы ни одно "но": нигде не было окон.
