Надежда Тальконы [СИ] полностью

От невеселых мыслей её оторвали довольно громкие голоса. Надежда глянула через плечо вверх. Оказалось, что подъехали ещё три дворцовых машины с характерной синей полосой вдоль борта. Суетились охранники, ища более удобный участок, чтоб спуститься. Надежда сплюнула в досаде и полезла к ним сама. Всё равно спокойно посидеть больше не удастся. Ей протягивали руки, будто она сама не в состоянии была подняться. Забота охранников была самой искренней, и только поэтому, чтоб не обижать парней, Надежда воспользовалась их помощью. Оказывается, вместе с охранниками здесь был и Баток Найс, который, стоя спиной к обрыву, не скупясь на ругательства, отчитывал её водителя. Он даже замахнулся, чтоб ударить виновато опустившего голову парня.

Надежда успела, строго крикнула:

— Найс, что Вы делаете!

Он остановился с занесенной для удара рукой, что-то в сердцах буркнул водителю и бегом устремился к Надежде.

— Рэлла Надежда, какое счастье! Вы живы, с Вами ничего не случилось!

— А что со мной должно было случиться? — негодовала она. — Что Вы себе позволяете? Что такого сделал Вам мой водитель? Я приказала, он повез. В чем дело-то?

— Рэлла Надежда, он обязан был известить меня или, по крайней мере, старшего по смене, что Вы покидаете пределы дворцового комплекса. И потом, что это за машина! Это же старая развалюха. Он вполне мог вызвать из гаража любую, более достойную Вас технику… Да мы весь город обыскали, всю полицию на ноги подняли. И никаких следов… А если бы Его Мудрость Аллант спросил: где Вы? Что бы я ему ответил?

— Правильно говорил мой отец: дурная голова ногам покоя не дает. Вот если бы Вы не струсили и спросили у Алланта, он бы нашел меня сразу же. Вызвал бы по вот этому браслету и всё. Придется, видимо, и для вас Праки Найс браслет покупать, раз уж Вы мне и погулять спокойно не даете.

— Рэлла Надежда, я умоляю Вас, ради всего святого, постарайтесь не покидать пока пределы дворца. Обстановка слишком нестабильна. И пройдемте быстрее в машину, вы же промокли и можете простудиться.

— Да ничего со мной не будет, — проворчала она в ответ. — Не сахарная, не растаю.

Хочешь, не хочешь, а возвращаться нужно. Но назло Найсу, она села не в его машину, дверку которой он заботливо распахнул, а в ту, на которой приехала.

Надежда сидела у себя и, забравшись в кресло с ногами, смотрела информблоки, и те, что купила сама, и предоставленные Найсом. Она старалась понять правила жизни планеты, на которой ей предстояло провести оставшиеся годы. То казалось, что она начинает вникать в курс дела, то группа очередных данных убеждала её в обратном. И почему-то с самого утра вертелось в голове то, как давным-давно, целых шесть лет назад, ей, девчонке-чужачке гадала в храме старая слепая Шигила. «Ты ничья, — сказала она тогда, — ты везде своя и чужая. Ибо дом твой — Небо».

— Везде, — грустно думала Надежда. — На Даярде, где выросла, на Накасте, чье подданство было с рождения, и куда возвращалась из полетов «ДэБи-14». На далекой, недосягаемой Земле, почти точный облик жителя которой передал ей отец. И, наконец, здесь, на родине Алланта.

Надежда невольно сутулилась, опираясь локтями в пах, и как за биомаску, прятала лицо по самые глаза в сложенные лодочкой ладони. Ей было откровенно плохо. Сколько ещё может длиться это комфортабельное заточение, с охраной у дверей, с силовым защитным полем, блокирующим окна…?

Аллант появлялся только поздно вечером, и по его виду, по залегшим под глазами теням было понятно, что дела идут совсем не так, как хотелось бы.

Кому-то, видимо, очень выгодно не дать ему официально принять власть. Надежда плохо разбиралась в политике, но по тому единственному своему появлению перед Советом Тальконы, она чувствовала, что кроме тех, кто открыто выражал свое недовольство, были ещё и другие, не менее мощные тайные силы. И сегодня она неожиданно поняла, что именно должна была сделать. Нужно показать Алланту его противников, записать свои воспоминания на информблок, и ориентируясь на подсознание, попытаться восстановить свои ощущения, которые возникали при первом визуальном контакте с присутствующими тогда в зале. Она ругала себя за то, что не сообразила сделать это сразу, по горячим следам, когда вспоминать было бы гораздо легче. Наверняка, нужная аппаратура есть во дворце, нужно только спросить у Найса. Какая жалость, что они вместе с Аллантом уехали сегодня по каким-то своим нескончаемым делам и вернутся ближе к вечеру. А если данной аппаратуры не окажется, можно съездить на ДэБи, пока корабль стоит в космопорту Талькдары, а остальной экипаж развлекается в неожиданном отпуске на лучшем курорте планеты подальше от политической смуты в столице.

Её раздумья прервала Альгида, склонившаяся в поклоне слева от кресла:

— Праки Надежда, Вам пора обедать.

— Да когда хоть ты перестанешь передо мной кланяться! — Сорвалась Надежда на ни в чем не повинной девушке. И тут же, поняв, что не права, тихо буркнула: Извини. Я не хочу есть.

— Но так нельзя, Праки. Что Вы сегодня желаете?