– Ну что, пришли, шумная алкашня, – на пороге нас встречает «добродушная» Соня. А посмотрев на нас с Давидом в обнимку, выдает: – Уже и ноги не можете передвигать? – с интересом осматривает нашу позу, многозначительно шевелит бровями и идёт за Сашкой, который по-хозяйски сразу проходит вглубь квартиры.
– У тебя есть что выпить, Ди?
– Эй, тут не наливают – снова встревает Соня, – только если воду, чай, кофе…
– Фу, плохая, очень плохая ты, малая.
На Давида она почти не смотрит. Мне кажется, что зная, как он отзывался и о ней в клубе, она тоже обижена, поэтому полностью сосредоточена на Сашке.
– Будете плохо себя вести, солью в сеть ваши «кричалки», – угрожает, глядя на Саню.
А после вдвоём они скрываются в стенах кухни. А я сажаю пьяного Давида на пуфик. Его взгляд плавает по моему лицу. Поднимает кисть руки и легонько касается моей щеки, ласково проводит по ней, слегка сжимает
– Ди-и-и-а-а-ан-на.
– Пошли, будем тебя отмачивать.
Вновь помогаю ему подняться с места, но до ванной дотащить такую тушку сил нет, поэтому тоже завожу его в кухню и сажаю на стул.
Сашка также в полусознании как-то пытается мычать-отвечать на претензии Соньки.
Кошмар, уже практически пять утра.
Зову Соню в свою комнату.
– Слушай, ты знаешь, что надо делать, когда вот так вот человек в ноль приходит?
– Без понятия, если честно.
– Надо погуглить.
Пока разбираемся и ищем данные в инете, Соня вновь заходит на кухню и кричит оттуда:
– Можешь не искать. Птенчики уснули.
Не поверив в сказанное, спешу туда и застаю такую картину: пацаны, прислонившись друг к другу головами, спят.
– Капец! И что делать?!
– Уложить их? – вроде спрашивает, но в то же время предлагает Соня.
Киваю и иду в комнату родителей. Стелю там для Сашки. Сонька сегодня спит со мной, значит, можно туда положить Давида. Перестилаю ему постель. А после мы с Соней, сообща, приложив массу усилий, раскидываем парней по кроватям.
Закончив уже около шести утра, тоже решили отдохнуть.
Проснулись от грохота. И сначала не поняли, что это за шум, а когда вспомнили, что сегодня в квартире с нами было ещё двое парней, вскочили и побежали на звук.
В родительской спальне лежал Сашка, на полу. Пошла в комнату Сони, но никого там не обнаружила, кровать была заправлена, что меня очень удивило. Начала искать по квартире Давида, но мои поиски оказались тщетны. Он ушёл, пока мы все спали.
Давид выехал из двора любимой на большую дорогу, не видя перед собой ничего.
Что и где в приоритетах его жизни пошло не так? Почему единственная девчонка, которая действительно затронула душу и заняла все мысли, отвергает его из-за дурацких принципов?
Она не знает, но вся его жизнь протекала в окружении людей, которые постоянно чего-то хотели. От него, отца или матери.
Приезжал в гости к одной бабушке, не проходило и часу, как появлялись представители местного бизнеса, которые «проезжали мимо и решили заглянуть, а тут такие гости, оказывается, приехали», после приходили работники храма с речами о том, что надо то или иное выстроить, купить или освятить. За ними следовала родня с искусственными улыбками и словами «мы скучали», а после вываливала все свои проблемы отцу или матери.
Когда гостил у бабушки с другой стороны, сценарий повторялся.
А самое ужасное – они все, получая помощь от нашей семьи, благодарили в ответ, а выходя из нашего дома, готовы были плеваться ядом, сочившимся из их ртов. Зависть, что успеха достигли не они, отравляла их, и они спешили поделиться своей гнилью с остальными людьми.
Наша семья не совсем обычная. Отец, армянин, женился на грузинке. Разница в возрасте восемнадцать лет. Всё это способствовало злым языкам сплетничать и жёстко выражаться. Со стороны отца все вечно недовольны тем, что он женат на грузинке. Со стороны матери говорят, что опозорила семью, выбрав в спутники жизни армянина. Тем не менее, это не мешает им из раза в раз приходить и просить помощи.
Приглашая на свадьбу, все рассчитывают, что в конверте будет сумма, которая позволит её окупить. Провожая родственников в последний путь, тоже все ждут нашего приезда, жалуются на жизнь и финансовую ситуацию семьи, чтобы расходы на похороны оплатили мой отец или мать.
А как часто я слышал от родителей детей, с которыми мы гуляли: «Дружите с Давидом, в будущем он вам поможет, не деньгами, так знакомствами». Или: «Старайся понравиться Давиду, чтобы он влюбился и женился на тебе. А потом и семью нашу вытащил».
Из-за этого подобные поездки стали максимально редкими и короткими.
Приезжая в столицу домой, ситуация повторялась. Но уже с друзьями и немногочисленными родственниками или знакомыми. Бывало даже, что приходили совершенно посторонние люди и только из-за принадлежности к той или иной нации просили помочь с жильём, деньгами, работой.
Всегда, всегда все что-то хотели от нашей семьи и меня в частности.
А если, не дай бог, не получали, то начинался скандал. Письма с угрозами, роспуск сплетен в сети или привлечение СМИ для освещения ситуации и подачи в массы дезинформации.
