— Ну, не совсем. Там еще выяснилось, что этот перец решил сорвать куш и уехать из страны. Я Зубочистке сообщил. Недавно звонил, сказал, что вопрос решен.
— Хорошо, — Гису открыл пузырек и начал наливать темно-красный, почти черный густой соус в каждый сэндвич. — Вопрос один, но по сути их два. Что нам это стоило?
— Эм-м-м-м…
— Я не верю, что та дурочка просто так призналась и тем более не верю, что Зубочистка напряг кинокритика просто так. Еще и часть долга простил.
— С девушкой получилось все… Я объяснил ей, что мы снимаем сериал, и у нас нет актеров второго плана. Я… как бы пообещал взять ее на роль.
— Без просмотра, без понимания, насколько она серьезная актриса… — хмуро взглянул на Чана Хегай.
— Ну, как бы… получается, да.
— Ладно, с Зубочисткой что решил?
— Роль первого плана. Мужская. Она за ним. Он постарается продать эту возможность какому-нибудь менеджеру.
— И тоже без просмотра и согласования, — вздохнул Гису и принялся складывать сэндвичи. — Ты понимаешь. что это значит?
— Да, есть риски, но и ты меня пойми, Гису. Мне нечего было предложить Зубочистке, а девушка пошла в отказ и уперлась как баран. Да, я ей ничего не гарантировал, но… я как бы…
— Послушай. Это важно. Ты понимаешь, что я сам эти места мог кому-нибудь пообещать, пока решал другие задачи?
— Ну, да, но…
— А ты не просто сделал это без моего ведома, ты еще и меня ставишь в известность постфактум. Это никуда не годится, Чан. Мы сейчас могли бы создать проблему на пустом месте. Ты это понимаешь?
— Да, прости, — понуро опустил голову Ан.
— Давай впредь сначала обсуждать что-либо, прежде чем кому-то обещать. Договорились?
— Хорошо, — кивнул Чан.
Гису подошел к электрогрилю с насадкой для сэндвичей и положил туда первую партию.
— Что с последним кинокритиком?
— Ничего… Я вообще ничего про него не узнал. Более того, я так и не понял, что он хочет. А он что-то хочет, причем я ему в лоб предлагал помощь, но он отказывается, словно боится или… Не знаю, я не понимаю, с какой стороны к нему подойти.
— Сдаешься?
— Нет, но… Честно, я слабо себе представляю, что с этим делать.
— Чан, если ты не справляешься, просто скажи: «Гису, я не вывожу это», — произнес Гису, заметив огонек на панели гриля. Вытащив первую партию сэндвичей, он заложил вторую. — В этом нет ничего страшного, тем более, что есть мысль открыть кафе с капибарами еще в двух районах. Контактный зоопарк в последнее время набирает обороты. Да, и есть идея по поводу службы доставки интим-магазинов, а еще…
— Стоп! — поднял руку Чан. — Я тебя понял! Я справлюсь! Не надо… больше бизнесов… Пожалуйста.
— Смотри сам, — беспечно пожал плечами Гису и заметил, как Чан пялится на красную бутылочку с соусом.
— Слушай, это ведь…
— Булдак, — кивнул Гису. — Ничего острее я в магазинах поблизости не нашел.
— Эм-м-м-м… Это же… Очень острый соус.
— Ты даже не представляешь, насколько, — хохотнул Гису.
— И ты будешь есть эти сэндвичи?
— Ты с ума сошел⁈ — расплылся в улыбке Хегай.
— А зачем тогда…?
— Мун Хё На, — пожал плечами парень. — Засранка повадилась сьедать ночью мои завтраки. Знает ведь, что в контейнере моя еда на день, но нет… Прихожу, а там постоянно пусто. Вот и решил немного проучить.
— Поня-а-а-а-атно… — протянул Чан.
Гису нахмурился и хмуро уставился на друга.
— Что? — тут же выпрямился он.
— Чан, скажи мне, у тебя нет ночью привычки… есть?
— Нет. С чего ты взял? — тут же мотнул головой друг.
— Вообще? Никогда? В глаза мне смотри!
— Ну, бывает, но я никогда… Серьезно! Я ни причем!
Бо Рам Сон сидел голышом на стуле за столом на кухне. Перед ним был стейк без всякого гарнира и кружка кофе. Рядом стояла пепельница, в которой тлела сигарета.
Мужчина быстро и довольно ловко расправлялся с куском мяса, не сводя взгляда с телефона, где была открыта новостная страница с текстом.
— А просто поесть ты не можешь? — раздался голос Метелки за спиной.
— Могу, — кивнул он, разрезал последний кусок и отложил в сторону нож. — Конкуренты воду мутят. Что-то намечается, стараюсь понять что.
— Конкуренты? У тебя? — хмыкнула женщина, пройдя мимо Топора.
Тот закинул в рот кусочек мяса, принялся жевать его, но тут же замер, остановив взгляд на Метелке, что продефилировала мимо него в одной расстегнутой рубашке. Не смотря на то, что рубашка была его — она едва прикрывала ягодицы.
— В мои клубы никто не лезет. Я про политику, — произнес он, проглотив кусок.
Метелка подошла к холодильнику, открыла его и взяла графин с соком, тут же припав к нему. Вид обнаженной груди и женщины, что с жадностью пила сок, заставил забыть о куске мяса перед ним.
Видя, как капельки сока побегут по ее подбородку, шее и спускаются на грудь, Бо Рам Сон вытянул шею и приподнял одну бровь.
— О боги… Ты меня прямо загонял ночью… — протянула Метелка и глубоко задышала. Неловко толкнув дверцу холодильника от усталости, она резко сморщилась от глухого удара по плитке.
На пол упал довольно внушительный револьвер.
Дикий Топор опустил взгляд на пол, встряхнул головой и опустил взгляд в тарелку.
— Ты тоже была хороша, — сделал он ей комплимент как мог.
